5
0Дитц подумать не мог, что найдется сила, которая вырвет у него жертву. Как вдруг она оказалась секретным агентом! Выходит, почти коллега. Любые ее действия могут быть оправданы секретной необходимостью. Револьвер бесполезен. Дитц заставил себя не швырять документ в снег, а бережно сложить и вернуть.
Пушкин забрал справку и напомнил, что браслеты до сих пор не сняты. Покорно открыв замок, Дитц сунул бесполезные железки в карман пальто.
– Господин ротмистр, карета может отвезти вас на Николаевский вокзал, – вежливо сказал Пушкин.
– Благодарю, сам доберусь, – глухо ответил Дитц.
– Всегда рады видеть в Москве.
Что творилось в голове ротмистра, проверять не следовало. Вдруг сорвется с поводка и начнет палить? Тут уж справка не поможет. Отдав вежливый поклон, Пушкин дернул Агату, которая вросла в его плечо, и потащил прочь от полицейского дома.
10Тверская жила ожиданием праздника. Завтра – сочельник и рождественская ночь. Казалось, обычные прохожие бегут по своим делам как-то особенно весело, полозья пролетающих саней звенят особенно звонко, а уличные разносчики с коробами пирожков, саек, булок, пряников и сбитня зазывают особо задорно."
"Среди уличной суеты неторопливо идущая пара не привлекала внимания. Агату понемногу отпускало, она не могла еще поверить, что все кончилось. Она хотела, но не могла благодарить. Любые слова благодарности были меньше и глупее того, что она испытывала. Пушкин не нарушил молчаливую прогулку.
– Как… Как вы смогли? – наконец проговорила она, сдерживая тяжкий вздох.
– Сыскная полиция тоже умеет фокусы показывать, – ответил он.
– Что за бумагу вы… ему показали?
Пушкин опустил ее руки, державшие его предплечье, до приличного положения на сгибе локтя.
– У меня другой вопрос, – сказал он. – Чем насолили ротмистру жандармов, что он примчался за вами в Москву?
Агата наконец всхлипнула.
– Перстень с камнем, брильянтовая заколка, золотая цепочка нашейная с крестиком и запонки. Ну и бумажник. Ничего особенного. Пустяки…
– В какой гостинице случился пустяк?
– В «Европейской», – ответила Агата так, как будто ей на самом деле было стыдно.
Оставался один неясный вопрос: как Дитц узнал, что Агата в Москве и находится в полицейском доме? Кто и зачем сообщил?
– Что забыли в сыскной с утра пораньше? – сказал он почти строго. – Насколько помню, вчера вечером обещали подать мне убийцу.
Агата отдернула от него руки.
– Для этого и пришла, – сказала она.
– Жду с нетерпением. Только факты.
– Коччини сбежал. Сбежал со второго акта, когда мы уехали в «Славянский базар». Вот вам факты!
– Что в этом такого?
Агата презрительно фыркнула.
– Неужели не понимаете?! Сбежав, он изобличил себя! Вам остается устроить на него облаву и засадить за решетку.
