Хан

— …местный банд… — я прикусила губу, на секунду закрыв глаза, слыша, как захихикали темнокожие мужчины, и опасливо покосилась на мистера Совершенство, который даже не повел своей черной резкой бровью, продолжая разъедать меня черными беспросветными глазами:

— Да. Так. Может, тогда знаешь, зачем я пришел?

— Мы уже все посчитали, шеф! Чтобы расплатиться за долг ей придется обслужить всех нас по кругу и еще троих повторно! Так что к утру управимся! — радостно заявил один из мужчин, поперхнувшись собственной улыбкой, когда мистер Совершенство, бросил на него свой холодный черный взгляд, словно метнул черный кинжал, попавший прямо в глотку, и снова воцарилась абсолютная тишина.

Я продрогла до самых костей от черного взгляда, который вернулся ко мне, словно забираясь под кожу ядовитой змеей. Не мог такой красивый мужчина быть таким жестоким. Это было неправильно…разве красота не обязана спасать этот грешный мир?…

— У тебя есть деньги, чтобы отдать долг своего отца за неоплаченный месяц и проценты за просрочку долга?

Ресницы дрогнули не в силах закрыться и открыться снова, пока этот черный взгляд раздавливал меня на мелкие болезненные кусочки.

— Какая сумма? — голос дрогнул, но я не позволила себе расслабить прямую спину и задышать испуганно и часто, даже если сердце колотилось, словно пытаясь спрятаться от его глаз.

— 2000 долларов.

Мир пошатнулся, пытаясь сгинуть и забиться под осколки стекла, потому что даже они не были такими острыми и холодными, как этот взгляд, не отпускающий меня ни на секунду.

Я не смогу найти такие деньги, даже если продам наш дом…

— Нет…

Это был всего лишь выдох, словно последний в моей жизни. Хотя, возможно, что так оно и было, потому что черные глаза холодно сверкнули, и изящные длинные пальцы мистера Совершенства сделали приглашающий жест, открывая дорогу мужчинам, которые были не просто группой поддержки или охраной, а инструментом наказания.

Только я не смогла отступить назад, даже когда первые из них, ловко оттолкнулись от стола, с шумом принявшись отрывать от общей кучи презервативы, и хищно улыбаясь мне — бледной, едва дышащей, едва живой….но не сломленной до конца. Пока что.

Да и что я могла поделать? Начать отбиваться? Попытаться использовать швабру, как оружие? Какой был в этом толк, когда каждый из них был как минимум в два раза больше меня и в десять раз — швабры… Кричать и звать на помощь? Просить вызывать полицию? Да, люди будут собираться, но лишь для того, чтобы поглазеть, снимая себе фееричное видео на память.

Я всего лишь опустила глаза в пол, не в силах отпустить из рук ручку швабры, которую у меня пытались вырвать, дрожа и надеясь потерять сознание, чтобы не увидеть того, что со мной будет происходить дальше.