7
0
Не зная, что на это ответить, Дафна промолчала. Ведь не может быть, чтобы мать не нашла подходящих слов. С ее-то опытом. Еще бы, восемь детей!
И Вайолет заговорила:
– Видишь ли, дорогая, есть вещи, которые тебе следует знать… заранее… Я имею в виду то, что должно произойти завтра ночью… у тебя с твоим мужем… Понимаешь?
– Пока нет, мама, – опустив глаза, ответила Дафна. – Рассказывай, не прерывайся.
Леди Бриджертон, казалось, была несколько шокирована нескрываемым интересом, проявленным дочерью, и с явной натугой продолжила:
– Видишь ли, все мужчины… я хочу сказать, твой муж… то есть Саймон… ведь он станет завтра…
– Да, мама, – с явным нетерпением подтвердила Дафна, – надеюсь, он будет моим мужем. Если состоится свадьба.
Вайолет с неодобрением воззрилась на дочь. Что это? Неужели она осмеливается отпускать шуточки в такие минуты… иронизировать, когда мать собирается посвятить ее в таинство брака, в святая святых отношений между мужчиной и женщиной?
С легким стоном, стиснув зубы и глядя на дочь невинными голубыми глазами, Вайолет призналась:
– Мне трудно сказать то, что я должна… Ведь ты первая из моих дочерей, кто выходит замуж. О таких вещах я еще не говорила ни с кем.
– О каких вещах, мама?
Издав еще более громкий стон, Вайолет выпрямилась и с решимостью человека, бросающегося в ледяную воду, сказала:
– В первую ночь после свадьбы муж будет ожидать от тебя исполнения супружеского долга.
Она осмелилась наконец посмортеть на дочь. На лице у той было написано полное согласие со сказанным и ожидание новых наставлений.
– Ваш брак должен быть скреплен… э-э… ритуалом.
Эти слова не вызвали смятения у Дафны.
– Конечно, мама, – согласилась она, потому что знала об этом.
– Он придет к тебе в постель!
Дафна наклонила голову. И про это она уже слышала. А также читала.
– Он будет… твой муж… – продолжила леди Бриджертон, – предпринимать некоторые действия – как бы это сказать? – интимного характера. Понимаешь?.. Ах нет, ты не понимаешь…
Дафна чуть приоткрыла рот, дыхание участилось. Ей сделалось интересно: что же расскажет мама?
– Я пришла сказать, – услышала Дафна, – что твои супружеские обязанности не должны показаться тебе чересчур неприятными.
Наверное, они и не могут такими быть, подумала Дафна, иначе зачем люди во все века стремились… желали этого…
Она почувствовала, что к щекам прилила кровь, и уже готова была задать вопрос, когда мать продолжила:
– Я говорю так, потому что знаю: некоторым женщинам не нравятся эти… э-э… сокровенные вещи."
"Дафна не без удивления обратила внимание, что матушка покраснела, наверное, сильнее, чем она сама, но еще больше поразило ее то, что она сейчас услышала.
– Неужели? – спросила она.
