6
0
Однако подданный марсельезы, равнодушно взирал, как мсье Ванзаров на бегу сорвал постового, вместе они догнали извозчика, принудили встать, а потом высадили пассажира.
Сам городовой Трифонов подбежал к мсье Жарко, придерживая шашку, и попросил дойти до пролетки, потому как дольше будет, коли ее поворачивать. Гипнотизер подивился, как возрос авторитет прессы в России: репортер слово сказал — полиция носится на побегушках.
Бедняга Герасим никак не мог взять в толк: что хотят от него? Где это видано, чтоб извозчик слезал с законного пьедестала и усаживался на диванчик пролетки, как простой смертный, то есть пассажир?! Однако резоны господина Ванзарова под огнедышащим взглядом Ивана Трифонова, заставили бросить кнут и плюхнуться на заднее сиденье.
Тогда мсье принялся водить вокруг его носа ладошками и говорить таким сладким голосом, что веки извозчика сами собой отяжелели и Герасим отправился бродить по лугам, где росла сочная трава, что прямо мед капал, по небу летали сдобные кулебяки, а под ногами текли полноводные реки сбитня.
— Субботнее утро, едешь к вокзалу! — негромко приказал гипнотизер.
И вправду Герашка ощутил в руках вожжи, солнышко припекает, хоть и рано еще, лошаденка плетется еле-еле. День будет как печка, народ весь попрячется, опять до вечера ничего не заработают. Герашке спать хочется, глаза так и жмурятся. Но кормиться надо, за сено задолжал артельному, домой в деревню уж месяц ничего не посылал. Ну, пошла, родимая.
Никак кличут?.. Да, свободен… Куда изволите ехать?.. Это, конечно, можно… А и груз с вами?.. С грузом, конечно, надо бы накинуть… Так мы и рады стараться… Так не извольте беспокоиться… Это можно… Ох и тяжелый сундучишка, зараза, надо было красненькую просить… Фу, да что в него, камни наложили?.. Ох, матерь Божья, кишки вылезут… Чтоб ось не погнулась… Ну и ладно, приладили… Устроились покойно?.
Какая-то сила сдула Герасима с козел, полетел он во тьму, но, тут как тут, оказался на диванчике.
