Империя Греха

Хватка не жесткая, чтобы лишить меня дыхания, но достаточно твердая, вызывая воспоминания о той ночи.

Воспоминания о том, как он прикоснулся ко мне, обездвижил меня и поджег в результате взрыва. И эти мысли терзают меня прямо сейчас.

Они разрывают меня на куски.

Поджигают.

Дробят кости."

"И я не могу остановить ни образы, ни жар, проникающий в мои нервные окончания, особенно в те, к которым он прикасается.

— Ты меня не знаешь, поэтому это мой первый и последний совет тебе. Не играй со мной. Я не только тебя поимею, но и получу удовольствие от того, что разорву тебя на части и полакомлюсь останками.

Я привыкла жить под угрозой. Когда мне ставят ультиматум и никогда не оставляют выбора. Но его способ сделать это, с холодным спокойствием, прорезает фей в моем животе. Они становятся черными, что является сигналом к бегству.

Но я не могу.

Не с его дикой хваткой на моем горле. В ней ощущается контроль, кипящая твердость, и она гораздо более безжалостна, чем доминирование, которое я испытала, когда он трахал меня.

В нем чувствуется оттенок гнева или недовольства. Возможно, и то, и другое.

— Теперь скажи мне, как тебя зовут. Настоящее имя.

— Д-Джейн...

Я не хотела заикаться, но увы, сделала это, и он, должно быть, услышал, потому что его хватка сжалась на моем горле.

— Я не приветствую обманщиц, красавица. Особенно коварных.

— Я не... не... обманщица...

Он должен мне поверить. Иначе новое начало, которое я нарисовала для себя, будет недействительным.

Он не может знать, кто я на самом деле.

Никто не может.

— Твоя кровь, которую я обнаружил на презервативе, свидетельствует об обратном.

Я задыхаюсь, хриплю и дрожу, а он стоит неподвижно. Как камень, холодный, который можно использовать как оружие.

— Я думал, ты не девственница.

Я сжимаю губы, не в силах произнести ни слова.

— Оказывается, ты все-таки была девственницей, и раз ты солгала о своем имени, значит, ты привыкла лгать. Так скажи мне, какова твоя цель, а? Что тебе нужно, Анастасия?

— Джейн... Мое имя Джейн...

— Твоё имя Анастасия. Я подозревал это раньше, но теперь, когда ты настаиваешь, что ты Джейн, я уверен, что это не твое настоящее имя.

О, Боже.

Кто он такой и почему он это делает? Только потому, что я солгала о своей девственности?

Но он не должен быть таким напряженным, злым и жестоким из-за этого.

— Что за смена имени, Анастасия?

Каждый раз, когда он произносит мое имя, меня пронзает дрожь. Быстро, резко и оставляет меня без дыхания, как и его хватка на моем горле.

Я стучу по его руке, задыхаясь от несуществующих вдохов, но не борюсь с ним. Если я это сделаю, то выдам себя.

Кроме того, мне не то чтобы нужно, чтобы он меня отпустил, потому что он причиняет мне боль. Скорее потому, что моя реакция на его захват пугает меня до смерти.