Императорский отбор для попаданки

Светло стального цвета, с белым кружевом, напоминавшим морозные узоры. Кажется, со шлейфом, но при этом легкое, не то, что Димеино.

— Я взял на себя смелость позаботиться о наряде моей невесты. Надеюсь, мой выбор не разочаровал тебя?

Какие могут быть сомнения? Я в искреннем восторге. Счастлива! Эверий не только сделал неожиданный приятный подарок, проявил заботу, но и назвал меня невестой!

— Нет! Конечно, нет! — опустилась на колени, чтобы сравняться ростом с котомагом.

— О! — затряс он отчаянно головой и опустился на одно колено. — Ольха, прости! Прости, что разочаровал тебя! В этой шкуре… — Отчаянно потянул лапками мех.

 — Я не я, а жалкое подобие себя. Меховой комок ростом с собаку!

— Жаль, что я иду на бал не по своей воле и не по иному поводу. — Расстроилась и я. Провела ладонью по пушистому загривку котомага, повесившего голову. — Я бы хотела, чтобы на балу ты был со мной.

— Я буду там, — отозвался он угрюмо. — Как посол Арривии я в числе приглашенных, но на балу рядом с тобой буду стоять не я, а Селебрин! — Прорычал с горечью.

— Ну постоит принц рядом немного, — поспешила успокоить ревнивца, взяв на руки, на что он отчаянно воскликнул:

— О, мрак! Я грозный магвел! Меня боятся враги, а перед невестой я пушистое недоразумение! — Сверкнул глазами, махнул хвостом и сиганул на пол… Я сразу почувствовала, что гордый маг задумал, и закричала:

— Не надо! Эверий, пожалуйста, не сейчас!

Как назло, засияло зеркало.

Я едва успела заслонить котомага, когда в нем как на экране показалась статс-фрея Нилена.

— Как вы предстанете перед обществом, когда совсем не готовы? — недовольно воскликнула она, скрывая раздражение.

Но взгляд ее был слишком красноречив. — Где ваше платье?! — Оглядевшись и заметив коробки на постели, она успокоилась. — Я помогу вам! — Уже собиралась выйти из портала, однако я успела пообещать:

— Я сама. Я быстро!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Жду вас через десять минут. Если вы не успеете, одену вас насильно! — она так поджала губы, что сомнений не осталось: меня и оденут насильно, и на бал приведут, и замуж выдадут.

— М-р-рау! — зарычал Эверий.

Нахмурившаяся Нилена ткнула в него пальцем:"

"— И учтите, Ольха, это чудовище еще при вас, потому что Селебрин великодушен. Не подведите его.

Когда она отключилась, Эверий решительно произнес:

— Хватит. Игра окончена. Мы переносимся в Арривию! — взял меня за руку, потянулся к тоненькому ошейнику, что был почти не заметным в его густой, длинной шерсти, но я не собиралась сбегать раньше времени.

— Нет, Эверий! Еще рано, иначе как же долг чести? Ты же сам говорил, что без верного друга ничего не выйдет.