Императорский отбор для попаданки

— Снежок не продается, — словно подтверждая мои слова, котомаг подошел и, привстав на задние лапы, потерся бочком и головой о мои ноги.

— Спелись значит, — фыркнула маркизетта. — Купила верность за печенье?

Мне надоели ее придирки. Я повернулась к Снежку и строго приказала:

— Она неблагодарная. Унеси туфли обратно!

— Нет! — Димея прижала туфли к груди. — Ладно, позабочусь и о нем тоже.

— Ему тоже памятник? — хмыкнула я.

— Злопамятная ты, — проворчала Димка, на всякий случай отступая от кота. — Придумай лучше, что сделать с волосами. Они настолько короткие, что шиньон не приколоть.

Я украдкой покосилась на часы. Вот-вот должен придти мастер Рано — личный парикмахер императрицы. Если постараюсь, смогу его уговорить помочь и Димее.

— Хорошо, — кивнула. — Но взамен поклянись исполнить одно мое желание.

— Это какое? — недоверчиво прищурилась маркизетта.

— Это не касается принца, твоего имущества, здоровья, красоты и чести. Так — сущая мелочь, — закинула я крючок. Если согласится — это будет не иначе как чудо!

— Я подумаю…

— Либо да, либо нет! — отрезала я.

— Хорошо, клянусь.

Я едва успела от радости хлопнуть в ладоши — в дверь постучали. Ликуя, как все здорово складывается, и как вовремя пришлись подарки Селебрина, я бросилась открывать. Ведь взамен я могу попросить Димею отказаться от Эверия! Для нее это каприз, прихоть, а для меня свобода любимого!

На душе стало легко и светло. И пусть на бал я пойду как Золушка — плевать!

Глава 47

Светло-кремовый бархатный наряд с рукавами-фонариками и завышенной талией маркизетте к лицу. Тон идеально сочетался с золотыми волосами. Высокая прическа делала ее чуть выше и стройнее.

Кокетливые прядки красиво обрамляли овал лица, глаза сияли, на губах притаилась мечтательная улыбка, делая Димею нежнее… — выглядела она настолько изумительно, что рядом с ней я в повседневном платье непритязательной пыльный воробушек.

Мой внешний вид меня не заботил бы так сильно, если бы не Эверий. Для него хотелось выглядеть самой красивой, нежной, изящной, но если я хочу освободить его от долга чести — придется пожертвовать нарядом, что, в сущности, почти ерунда.

— Сиди в своей комнате и не выходи, — Димея торопилась, однако перед тем, как уйти на бал, принялась наставлять меня.

 — Приберись, постирай, составь список нужных вещей. Если будешь умницей — так и быть, оставлю себя при себе…

Я едва не поперхнулась. Боженька упаси от такого сомнительного счастья!

Мою реакцию Димея рассудила по-своему: махнула рукой, прогоняя словно надоедливую муху.

— Уйди с глаз! Твоя кислая мина портит мне настроение! А мне нужно выглядеть идеально!"

"Ну да, мавр сделал дело — мавр может уходить.