3
0Гнев служил толчком для многих сверхдостижений, часто являлся неким прорывом.
Град знал всю эту информацию в теории, но впервые ощутил столь ярко физиологически. А ведь эти чувства даже ему не принадлежали. Злилась девчонка, не он.
— Не бузи так, Серега, — вклинилась Руслана.
Странное энергетическое поле разорвалось, и поток энергии резко схлынул, оставляя после себя непонятную пустоту.
— А я и не бузил. Пока что.
— Ты тоже не начинай, Ник. Не заводись по пустякам, — мягко пристыдила младшую сестру Алина, дернув тонкую косичку, затесавшуюся между распущенными светлыми прядями.
Малая шарахнулась от нее, обиженно засопела, а потом резко развернулась и прошагала через импровизированный танцпол к парням, подпирающим дальнюю стену цокольного помещения. Не было похоже на то, что она их знает или что обращается к кому-то одному. Она, вроде как, предложила выбрать, кто из них хочет с ней танцевать.
От стены отлепилась высокая фигура безмозглого укурка Стаса Закревича, он и повел ее в середину зала. По мнению Града, которое он, конечно же, тогда не высказал, старшие Кузнецовы отреагировали на выходку Ники с преступным снисхождением.
""Малая, конечно…""
У Градского приличных слов на нее не нашлось. To, как импульсивно и самонадеянно она себя вела, граничило с самой обыкновенной дуростью.
Кому и что она хотела доказать?
С виду воспитанная и правильная, а на деле — мелкая пакостная интриганка. Манипулировала старшими сестрами, как вздумается.
""Да пошла она…""
Стал бы он еще о ней думать. Знать ее не знал.
""Жестокая любовь"" Киркорова показалась Граду самой тупой, сюрреалистичной и вызывающе длинной композицией, которую он когда-либо слышал.
""Сочинил же кто-то…""
""Бредятина…""
Окончательно пропал положительный настрой. Замутило, несмотря на приличное количество алкоголя в крови. Курил сигарету за сигаретой и даже не замечал.
— Град, харэ уже. Как паровоз, ей Богу…
Следующей композицией понеслась поднадоевшая ""Голая"" Градусов, но даже это воспринималось приятнее предыдущего треша. Вернувшись в их компанию, Доминика общалась исключительно с сестрами.
""Отвернуло, значит?""
""И слава Богу!""
Как только звучал какой-то тягомотный бред, Закревич подходил к ним и уводил девчонку танцевать.
А Градскому, что до этого? По боку.
Обратно переключил внимание на понравившуюся рыжую, и, пожалуйста, не прошло десяти минут, она сама к нему подошла. Представилась Светланой или Миланой, из-за шума не расслышал. Не в этом суть, впрочем.
