3
0
Хоть у Кузи и хватило смелости для устных заверений, в глазах ее видел полнейшее смятение."
"— Если передумаешь или испугаешься, только скажи… Ничего не будет.
— Не передумаю.
Когда-то у Доминики были железные принципы касательно романтических отношений и яростные предубеждения к персоне самого Градского… Но за месяцы дружбы они сблизились настолько, что все желания, казалось, стали умещаться в рамки дозволенного.
— Не передумаю, Сережа, — прикрывая глаза, подняла руки к его лицу. Подрагивающими пальцами провела от висков к скулам и замерла.
— Но я вижу, что ты нервничаешь. И я хочу с тобой цацкаться. Постоянно. И да, уже давно.
Глаза Ники сначала максимально расширились, а следом — прищурились.
— Сам в шоке, — просипел Градский.
Приготовился к тому, что она пожелает развить тему. Это же Кузя, она любит поболтать. Но вместо вопросов и сумбурных размышлений, с ее стороны последовали действия. Приподнявшись на носочках, она поцеловала его первой.
За годы беспорядочных половых связей, в поисках каких-то ощущений, Градского целовали множество раз, только ни один из этих поцелуев не подготовил его к тем чувствам, которые разгорелись внутри него, когда то же сделала Доминика. Она действовала мягко и осторожно, дрожа от волнения и естественного для нее смущения. С самозабвенным любопытством и страстью, прорывающейся в резких вздохах и жадных всасываниях.
Впервые в жизни близость с девушкой заставила Сергея содрогнуться. А ведь они еще даже не раздевались…
Очень быстро движение губ стало торопливым, как ни старался себя тормозить.
Разрывая поцелуй, Градский уперся ладонями в столешницу по бокам от девушки.
— Плюшка, ты такая… Черт возьми, я зверею…
— Я тоже, Сережа.
Прерывисто вздохнула, когда он посадил ее на кухонный островок.
— С тобой… С тобой — другая.
— Со мной — моя?
Стиснутые колени уперлись Градскому в пах, неосознанно удерживая на расстоянии, вопреки тому, что верхней частью тела продолжала к нему тянуться.
