Я (не) ваша Лия! (СИ)

От моей главной помощи ты отказался. В нашем селе ведьмы-то нет, чтоб печать сняла… Амулет мой старый совсем, давным-давно его энергасом не заправляла. Только бесы знают, подействует ли… Как ты со своей бедовой девкой Тощую Гать переживешь — мне неведомо. Ты хоть кашу поди поешь! С набитым животом поди и помирать веселее… Щас вам хлебца в дорогу соберу и амулет разыщу. Вроде и лук у меня где-то завалялся со стрелами. Лучник у меня один раз лечился да так и не вылечился… Обожди-ка… Ох, кости мои старые!

Женщина прихрамывая отправилась перебирать чугунки на печи, бряцая ими друг об друга и что-то в них выискивая.

Время от времени находила искомое, выуживала на свет и складывала в мешочек нечто, похожее на сухари разной степени давности. Ринка уселась на лавку по соседству и, наблюдала, как быстро он уминает безвкусную, еле теплую кашу.

— Она ккрасивая? Ттвоя невеста…

Ардо кивнул.

— Красивая. Очень.

— Почему она нне с тобой?

— Ей нужно время, чтобы решиться.

— На что решиться? Чтобы с тобой быть? Она совсем глупая, если сомневается!

— Не суди ее так сурово, — засмеялся Ардо.

 — Вот вырастешь когда, начнешь женихов выбирать — тоже сомневаться начнешь. Человека себе на всю жизнь выбрать — это тебе не козу подоить!

Ринка вспыхнула на секунду, потом отвернулась. Вздохнула горестно и попросила:

— Оставь мменя. Я одно ггоре ттебе приношу.

— Если строго рассудить, то почти про всякого можно такое сказать, — утешил ее новоявленный философ.

— Ддаже про ттебя?

— Даже про меня.

— Вврешь ты все! Тты ххороший.

— И ты хорошая. Только невезучая. Тебе со мной жутко не повезло.

— Да как ты такое выдумал?! Ммне?! С тобой?! Ты… Тты так от меня избавиться хочешь? Потому что боишься меня… Со мной остаться боишься!

— Остынь, дитя! — Ардо подождал, пока пылкие девичьи эмоции улягутся, пока худые кулачки перестанут взлетать возмущенно, и продолжил, — Не в том беда, что ты невезучая, а в том, что мне предстоит опасная дорога. Собой рисковать я привык, а детей подставлять под удар — совсем не дело. Наверно, права бабка… Лучше тебе с ней остаться. Здесь тебе будет спокойнее.

Глаза у Ринки опять налились слезами, тонкий ротик горестно скривился.

— Спокойнее?! Ты не можешь меня, как собачонку… Я не ребенок тебе! Не страшна мне никакая гать! Если бы ты знал только… Я тебе поверила, а ты! Все врут… И ты врешь… Если я обуза тебе, то честно скажи, без вранья! И я уйду тогда, глазом клянусь! — она даже указала, каким именно клянется, чуть не проткнув себе от избытка чувств правый глаз.

Ардо улыбнулся и задрал вверх ладони в знак капитуляции.

— Если хочешь рискнуть вместе со мной, воля твоя.