Гастролер

— Зачем нам все это надо, Варяг? — неизменно задавали ему вопросы блатные постарше. — Можно ведь по старинке без хлопот работать — разводить фраеров на бабки.

— «Перестройщиков» так просто не разведешь, — доказывал Варяг, — это ж не прежние, всего боявшиеся цеховики. С этими придется договариваться, здесь ни силой, ни нахрапом не возьмешь, здесь придется полюбовно договариваться, как «делиться», с кем делиться.

— Ты че говоришь, Варяг, они же через одного все бывшие коммуняки или комсомольцы?!

«Дележка» с коммуняками — это для всех было что-то новенькое. Но в большинстве своем региональные смотрящие, вздыхая, соглашались, по привычке доверяя принятие важных решений большому воровскому сходу — там же все ушлые, опытные урки, им, наверное, виднее… Так что большой общак пополнялся. Хотя и не больно резво. Ведь кому понравится отдавать немалые бабки, которые хоть и не твои личные, но вроде бы уже прилипли к рукам, да тем более что до поры до времени можно ими бесконтрольно распоряжаться. А теперь вот сходняк порешил подоить региональную воровскую кассу, и новый гонец Варяг вершил волю сходняка круто и решительно, даже не допуская каких-либо возражений или сомнений.

В общем, Азиза Уральского ему с ходу не удалось добыть. Так или иначе, но Варягу пришлось искать себе пристанище. Ксивы, которые передал ему перед отъездом Лис, были вполне надежны, но береженого бог бережет: и Варяг предпочел не маячить на улице, раз малину для него не приготовили, а сел в такси и попросил отвезти его в гостиницу получше.

Он взял себе отдельный номер и прилег отдохнуть у телевизора. Выходить никуда не хотелось — городок показался ему неласковым и хмурым. Незаметно для себя Варяг задремал. Сквозь сон ему все время казалось, будто кто-то скребется в дверь, будто он вскакивает, прислушивается, но, никого не обнаруживая, снова проваливается в сон.

Проснулся Варяг, когда уже начало темнеть. Был десятый час вечера, но июньские ночи коротки, темнеет поздно. Он постоял у окна, глядя с высоты третьего этажа на освещенную тусклым вечерним светом улицу, на прогуливающихся прохожих. Мимо гостиницы прогрохотал самосвал, с тремя работягами в железном корыте кузова, разлегшимися на пустых мешках. Пробежала дворняга, отметилась у столба и потрусила дальше. Варяг набрал номер еще раз.

Позвонил Азизу. Никто не отозвался. Варяг, отлично помня все данные ему телефонные номера, набрал два других. Там тоже молчание, либо, если трубку брали, нужных людей не оказывалось дома.

Варяг еще немного послонялся по гостиничному номеру, все же решил пройтись по городу: не часто ему в жизни приходилось ощущать себя простым туристом, обычно он видел новые города лишь из зарешеченных окон столыпинского вагона.