\

И Элениэль придется смириться с таким исходом. Если я не смогу придумать, как сделать так, чтобы Фаэрон погиб «случайно».

— Сначала нам нужно решить, как мы доберемся до дворца короля, — перевел я обсуждение на другую тему. Обсуждать судьбу Фаэрона не ко времени. Опять же «случайность» нужно продумать еще. — Идти по трупам эльфийских воинов и воительниц мы себе позволить не можем. Нам Эльфара нужна в качестве искреннего друга и союзника, а не затаившего обиду побежденного данника.

— Незаметно проникнуть к дворцу? — усмехнулся Локтус.

— Да мы даже одной лиги по лесу не пройдем из-за ловушек. О королевском дворце и говорить нечего. Я предлагаю послать к моему двоюродному брату посольство. И постараться его вразумить.

Ага, так он и вразумился. Локтус — пацифист хренов. Только покажем, что догадываемся о замыслах Фаэрона, и он ускорит их исполнение.

— Минтэас, — вдруг услышал я реплику Гильмара.

— Минтэас! — встрепенулся Локтус. — Так он жив? Не погиб тогда при нападении на Драур? Он здесь? — казалось, его удивлению не будет предела.

Я посмотрел вопросительно на Гильмара, но за него ответила Элениэль.

— Минтэас сильнейший эльф в природной магии, — пояснила она. — Если он согласится выступить на нашей стороне, то сможет перехватить управление всеми ловушками на много лиг в окружности. Вокруг дворца в том числе. Думаю, будет лучше, если я возьму только пару тысяч эльфиек-воительниц, Минтэас сначала откроет нам проход ко дворцу отца, а потом сделает невозможным для кого-либо придти к нему на помощь. Надеюсь, что попав в безвыходное положение, отец прислушается ко мне.

Но все это возможно, только если Минтэас согласится.

Согласится, конечно. Куда он денется. Он на удивление так прижился у оборотней, что стал для них совсем своим. Мне Сигрид писала, что этот эльфийский архимаг так прикрыл своей природной магией границу леса с проклятыми землями, что ни одна нежить или измененный теперь к поселениям оборотней даже приблизиться не может. Один попробовал и остался в корнях первого же дерева.

И еще его, вроде бы, один чисто научный вопрос заинтересовал.

Пообщавшись впервые в жизни поближе с оборотнями, выдвинул Минтэас предположение, что они могут иметь какую-то склонность к природной магии. Из-за своей способности в зверей перекидывается. Теперь этот вопрос всесторонне изучает.

Правда, в качестве помощницы и единственной потенциальной ученицы выбрал красивую молодую обортницу, которая теперь все время проводит с ним — или у него в доме, который ему Сигрид предоставила, или в лесу. В рысь девушка перекидывается, кстати.