2
0И подписывают правила поведения на территории академии. Надеюсь, она вылетит отсюда как только придет в себя!
Внутри у меня все похолодело. Вот так глупо подставиться и вылететь, не успев поступить. Я застонала от отчаяния.
– Да это глупые первокурсницы! Они только поступили сегодня. Ничего этой бестолковой не будет, – хмыкнул еще один мужчина.
Вот это обидно! Накажут, наверное, за нарушение порядков, но хоть из академии не выгонят. Хорошо бы еще перестать видеть эти искры и вернуть себе нормальное зрение.
– Она скоро очухается? – кажется, меня кто-то носком ботинка поддел.
– А вот это от Эдвина зависит, – снова подал голос главный.
Затем послышалась какая-то возня, и возле меня кто-то плюхнулся на землю.
– Макей, ты должен привести ее в чувство, – все тот же мужской голос.
– Профессор, но как? – искры снова пустились в пляс. Кажется, они реагируют на голос своего создателя.
– Возьми ее за руку.
– И поцелуй! – кто-то заржал от пошлой шутки.
Я хотела было возмутиться, но даже губ не смогла разлепить и лишь промычала что-то.
Внезапно кто-то осторожно взял мою руку. Искры заметались в панике, а затем стали взрываться фейерверками и затихать.
Сквозь этот стук я слышала тяжелое дыхание кого-то рядом. Кажется, невидимый Эдвин был очень взволнован. А, может быть, зол.
Искры понемногу исчезали. Моя рука, стиснутая в крепких мужских ладонях, горела. Сердце постепенно успокаивалось.
Наконец, последняя вспышка разорвала мое сознание, и настала тишина и пустота. Только дыхание кого-то рядом, словно он стометровку бежал.
– Почему она не приходит в себя? – взволнованно спросил он.
Еще одна ладонь легла мне на лоб. В мою голову словно спицу воткнули. От боли меня скрутило так, что я не смогла больше спокойно лежать. Я застонала, выгнувшись в дугу.
Руку со лба убрали, но легче мне не стало.
– Макей, бери ее на руки и тащи в лазарет! – скомандовал главный.
– Профессор, почему я?! – возмутился голос рядом.
– Потому что чужие прикосновения причиняют ей боль. Я пытался убрать симптомы, но стало только хуже. Так что поднимай и тащи.
Сильные мужские руки подхватили меня. Невидимый Эдвин нес меня, словно я ничего не весила.
А вот что будет потом, я нафантазировать не смогла. Потому что услышала его слова.
– Ты еще пожалеешь об этом, мерзавка, – выдохнул он мне в самое ухо с ненавистью, – я тебе отомщу за этот позор!
И я поняла, что любовной истории не будет.
Глава 4
Если бы я могла, то сию же секунду спрыгнула с рук Эдвина Макея и убежала так далеко, как видела.
