Дотянуться до звёзд

 – Мой голос прозвучал совсем тихо, кровь стучала у меня в ушах. Я уставилась в пол, но Уэстон заговорил, и мой взгляд снова оказался прикован к нему.

– Ты? Боишься за меня?

Его голос дрогнул, и от этой уязвимости у меня екнуло сердце, но потом лицо Уэстона снова окаменело, он покачал головой.

– Не стоит.

– Как я могу не волноваться за вас обоих?

– С нами все будет хорошо. – Уэстон издал безрадостный смешок, присел на подлокотник диванчика и скрестил руки на груди. – У Коннора все будет просто отлично. Он живет сказочной жизнью. Остальные парни будут липнуть к нему, как жвачка, чтобы его удача хоть немного передалась им.

– Интересно, у него будет время мне написать?

– А ты хочешь, чтобы он слал тебе письма?

– Мне нужны его письма, чтобы ощущать его присутствие. Когда мы вместе, он совсем другой. От общения с ним я не получаю того, что дают мне его письма. Не чувствую электричества.

Зато сейчас я его ощущала, и исходило оно от человека, сидевшего в двух футах от меня. Воздух вокруг Уэстона наэлектризовался, он словно создавал вокруг себя потрескивающее силовое поле своим острым языком и быстрым умом. Если я протяну руку и попытаюсь до него дотронуться, меня наверняка поразит током.

«Но мне хочется попробовать…»

Эта мысль меня потрясла. Почему? Почему это происходит? Почему мои щеки вдруг покраснели, а сердце так бьется? Я попыталась направить свои затуманенные алкоголем мысли в какое-то иное русло, куда-нибудь подальше от Уэстона.

– Перестань так на меня смотреть! – рявкнул Уэстон.

Я моргнула и поняла, что сам он пронзает меня негодующим взглядом. В поисках опоры я ухватилась за диванную подушку.

– Извини, я… слегка перепила.

– Я ухожу, – заявил Уэстон, поднимаясь с подлокотника дивана.

Я задохнулась от гнева. Какой тон, какой слог! Уэстон повернулся, и его пронзительный взгляд пригвоздил меня к дивану. Меня снова пронизало электрическим током, мысли в нетрезвой голове путались, я отчаянно искала слова, чтобы ответить на это хамское замечание, но на ум приходили одни ругательства.

– Как грубо, – выдавила я наконец.

"– Не-а, просто говорю правду, – ответил он. – Если бы у меня была такая девушка, как ты, и я бы вырубился накануне отъезда, при том что больше мы с ней не увидимся несколько месяцев, а может, и больше, я бы проклинал себя каждую ночь, лежа на солдатской койке. Я думал бы о том, что мог бы получить в последний раз.

– Почему ты все это говоришь?..

Я осеклась, воображение вдруг показало мне ошеломительную картину: Уэстон обнимает меня, его глаза закрыты.