Дотянуться до звёзд

– Я так и делал, – проговорил я. Во рту разом пересохло. – Я писал обо всем этом и делал это красиво. Я сделал именно то, о чем ты меня просил.

«Не морочь мне голову, Эйнштейн! – рявкнул на меня сержант. – Я тебя насквозь вижу!»

Коннор покачал головой, крепко сжал губы.

– Старик, что случилось?

– Ой, ничего особенного, – ответил он, зло улыбаясь. – Все отлично. Моя девушка в меня влюблена.

Я скрестил руки на груди, как будто это помогло бы унять занывшее от боли сердце. Я этого ожидал, трудился, не покладая рук, чтобы это случилось. И все же реальность ударила меня больнее, чем я ожидал.

«Пусть они будут счастливы. Только это важно».

– Ну, это ведь хорошо, правда? – проговорил я, кашлянув. – Разве не этого ты хотел?

– Ага, – ответил Коннор напряженным голосом, однако в его глазах плескалась боль.

– Тогда в чем проблема?

– Проблема в моей душе.

– Что?

– Отем сказала, что любит мою душу. Вот только моя душа… мне не принадлежит – проговорил Коннор с горечью. Он указал на меня пальцем. – Моя душа – это ты.

Я захлопал глазами. Эти слова, произнесенные тихим голосом, лишили меня дара речи, а потом меня словно обняли теплые руки.

«Она любит меня».

– Коннор…

– Она влюблена в «слова моего сердца». Это не я, старик, это ты.

– Нет, – возразил я, качая головой. – Она любит не только слова. Ей нравится, как ты ее смешишь, как ты о ней заботишься…

– Ага, я ее смешу, – проговорил Коннор. – Наверное, так и есть. Именно поэтому она вчера вечером лежала со мной в постели и со слезами на глазах говорила, что влюбилась в меня, потому что я ее «смешу».

Он подошел к холодильнику и вытащил с полки бутылку пива. В пять часов утра.

«Эгоистичный засранец, ты перешел черту, слишком много сказал в тех письмах и все испортил…»"

"– Я так устал от всего этого дерьма, – сказал Коннор, сделав большой глоток.

– Ты вовсе не пустое место, – возразил я, стараясь говорить уверенно. Нужно во что бы то ни стало все исправить. – У тебя есть то, что ей нужно. То, чего больше никто ей не даст.

«То, чего я никогда не смогу ей дать».

– И что же это? Деньги? Ей плевать на деньги.

– Не только деньги. Ты сам. Рядом с тобой люди чувствуют себя лучше благодаря одному твоему присутствию.

– Который что, Уэс? Богат? Популярен? За кем не закрепилось прозвище Амхерстская Задница?

– Да, – ответил я напряженным тоном. – Именно так.

– Итак. – Коннор опустился на стул напротив меня. – Как давно ты влюблен в нее?

– Я не влю…

Коннор вскочил, и на миг мне показалось, что он разобьет пивную бутылку о мою голову.

– Скажи правду, Уэс, черт тебя подери! Перестань врать мне и себе!

– Это просто слова, – сказал я. – Плод творческого воображения.