1
0Это…
– Хочешь сказать, что ты написал все эти письма и в них одно вранье?
– Коннор, старик. Послушай…
– Она не любит меня, Уэс, – с горечью проговорил Коннор. – Она любит тебя. Твои слова. Твою душу. Она сама так сказала. Богат ты или беден, популярен или нет, ей все равно.
– Конечно, сейчас она так говорит, – тихо сказал я. – Но в будущем ей будет не все равно. Вообще-то, ей будет очень даже не все равно. А я… я ее растопчу. Она сияет, а мое безобразие и мой мерзкий характер погасят ее свет…
Много лет назад моя мать говорила, что все мужчины – бесполезные отбросы, и теперь эти слова снова и снова звучали в моей памяти.
«Поэтому я поклялся никогда не влюбляться».
Я покачал головой и посмотрел на Коннора.
– Со мной что-то не так. Во мне что-то сломалось или чего-то недостает. Что бы это ни было, у тебя это есть.
– Вот теперь ты действительно несешь полную чушь.
Я тяжело вздохнул.
– Знаешь, старина, ты должен дать себе шанс.
У Коннора округлились глаза.
– Я? Должен дать себе шанс?
– Дело в том, – быстро сказал я, – что я бы высосал из нее счастье, пытаясь справиться с собой.
– Нет?
– Нет.
Коннор поднял на меня глаза.
– Мы играли с ее сердцем. Когда она узнает, то возненавидит нас обоих.
– Она не должна узнать.
– Ты ждешь, что я просто сделаю вид, будто ничего не случилось, и буду с ней, зная, что ты ее любишь?
– Я не…
– Уэс, ради бога! – вскричал Коннор сквозь зубы.
– Ты же сам сказал, – напомнил я. – Она нас возненавидит. Это разобьет ей сердце. Хочешь так с ней поступить? Ради чего? Чтобы я мог уничтожить то, что останется?
Коннор машинально крутил в руках бутылку.
– Я не хочу причинять ей боль.
– Так не причиняй. – Я наклонился над столом. – Слишком поздно рассказывать ей правду, и это моя вина. Прости, что я… увлекся. Мне так жаль. Но через десять дней мы уезжаем, нас отправят на линию фронта на год, а может, и больше. Она и так напугана из-за этого, не нужно мучить ее еще больше. Я далеко зашел, но я это сделал ради тебя и ради нее, чтобы дать ей все, что не могу дать ей сам.
«Все лучшее, что есть у нас обоих».
Коннор медленно сел обратно на стул.
– Мне нужно ей позвонить. – Он посмотрел на меня. – Или ты позвони. Я не знаю, что сказать.
– Скажи ей, что ты чувствуешь.
– Мой лучший друг влюблен в мою девушку. Как, по-твоему, я должен себя чувствовать? – В его тоне не было враждебности, только безмерная печаль. – Может, ты мог бы записать для меня подходящие слова.
– Коннор, просто… – Я потер глаза. – Забудь обо мне. Забудь весь этот разговор. Я переживу. Выброшу ее из головы. Мне нечего ей дать, а ты можешь дать ей многое. Люби ее, старик. Это же так просто.
