2
0"Это не измена
Ария Тес
Точка отсчета
По улицам родной Тулы я еду быстро. Обычно, вообще, стараюсь не нарушать правил дорожного движения, но сегодня все обстоит немного иначе. Я очень спешу. Очень! Мы с папой договорились встретиться после моего последнего экзамена, и я безумно хочу показать ему свою зачетку. Полгода назад мы с ним поспорили: закончишь на отлично первый курс, получишь наконец машину. Пока же я передвигаюсь на самокате. Знаю, так себе это, не настолько круто, как у моих подруг, у которых уже есть машины, но ничего. Мне всего восемнадцать, в конце концов! Я самая младшая.
С таким вот боевым настроением, я наконец попадаю к его работе — администрация Тулы. Мой папа — мэр, и я безумно им горжусь! В Туле его очень любят и ценят. Наш город вообще знаменит тремя ремеслами — пряники, самовары и оружие, — но в области очень хорошо развито фермерство, а папа очень это дело поддерживает. Он вообще за народ, его поэтому так уважают: все знают, что он справедливый и честный. И что меня безумно любит. Нет, серьезно, об этом знают просто все! Я — папина принцесса, хотя скорее даже не так.
Вот прямо, как сейчас. Я слишком отчетливо и рьяно представляю, какую машину хочу — красненький Мерседес, — поэтому совершенно не вижу, что там происходит на земле. То есть вокруг меня. Паркуя самокат, я разворачиваюсь, чтобы вбежать по ступенькам, и…
Бам!
Врезаюсь в кого-то с такой силой (даже непонятно как), что его бумаги рассыпаются салютом в небо, а я валюсь на землю и бьюсь ладонями о шершавый асфальт.
— Ау…
Этот кто-то цыкает, но подходит ко мне и протягивает руку.
— Все в порядке?
Я, кажется, умерла и попала в рай. Когда я поднимаю глаза, то вижу высокого, молодого брюнета. У него широкие плечи, сам он в голубой рубашке, которая подчеркивает хорошо слаженное тело, а его руки…Вот прямо, как на всех картинках в пабликах: с отчетливыми канатами вен и длинными пальцами. Но главное взгляд его…Он такой серьезный, взрослый и…сильный что ли? Я таких не встречала никогда.
Я в ауте. Как завороженная вкладываю руку в его, и меня тут же бьет электрическим током, стоит нам соприкоснуться. Незнакомец неожиданно усмехается. Он действительно такой серьезный, что мне кажется и не может вовсе смеяться, а нет — может. Улыбка у него такая красивая, и зубы ровные, белые, а когда он тянет меня на себя, словно я вовсе ничего не вешу, понимаю — он еще и до ужаса сильный.
