5
0Она поставила на лавку блюдо, оглядела комнату — не убирались здесь сегодня, что ли, лентяйки? Завтра нужно объяснить кое-кому, что почём. Собралась поправить постель — так с утра и валяется, как попало — и услышала, о чём он говорит.
Говорит по-франкийски, и думает, что она его не понимает?
— Знаешь, здесь всё сильно запущено, как говорит твоя матушка. Куча возвращенцев, полный замок запуганных людей и один-единственный маг на две недели пути вокруг. И что за маг, скажу я тебе! Невероятной прелести молодая вдова, я таких раньше и не встречал, и вообще не думал, что такие бывают. Изрядный талант — и при этом полный неуч, представляешь? Я уже сто раз пожалел, что тебя с собой не позвал, тебе нашлось бы, чем заняться! Уж ты-то знаешь, как вытянуть из человека атакующую силу — да, представляешь, всё есть, и не умеет пользоваться, как вчера родилась! Да куда там, муж магом не был, простец как есть, и всё, и она б такой же померла, если б всё это не случилось. Полным неучем. Ну женщина ведь, а ты что думаешь, здесь готовы учить женщин, хоть бы и магов? Но какая красавица, не передать словами, или разве твой отец сумел бы, а я не умею. Да-да, про волосы, как рассвет над волнами, и глаза, как глубины моря близ Фаро, и сама бела, как облачко, и нежна, как лёгкий ветерок… Откуда знаю? А догадался.
Катерина стояла, ни жива, ни мертва. Вот как, значит, она видится со стороны. Полный неуч. Она, которая раньше была весьма образованным человеком, и говорила на двух иностранных языках, и ещё на двух читала, и просто знала, умела и могла очень много всего. И здесь тоже к её словам прислушивались — потому что и маг, и руки растут, откуда надо, и опыт жизненный, и рассудок. А тут, значит, вот так — и это чучело даже не догадывается, что она его понимает, и спокойно обсуждает её с каким-то приятелем! Вот так, Катя, смотри, где твоё место. Поставь еду, уберись, согрей постель и иди. Неуч. Полный.
Она даже не замечала, что слёзы текут ручьём, и что он изволил это увидеть, и мигом оказался рядом, и попытался обнять — но она вывернулась.
— Еда в тарелке, — сказала по-франкийски. — И доброй ночи, господин маг.
— Катрин!!! — взвыл он. — Милая, прекрасная, невероятная Катрин, прости меня, дурака, — на родном языке он заговорил вдвое быстрее, чем она. — А я бываю дураком, и нередко, ничему меня жизнь не научила. Если ты сейчас уйдёшь, я… Нет, не я. Ты. В общем, не уходи. Пожалуйста, не уходи.
Уж конечно, она не собиралась оставаться, рванулась к двери… и на полном ходу влепилась в его защиту, когда выставить-то успел, паршивец! Её скрутило страхом, и местами — болью, но она очень медленно, как сквозь толщу земли, протянула руку к двери и взялась за ручку.
И была мгновенно оттащена внутрь.
— Сумасшедшая, — он сгрёб её в охапку и прижал к себе.
