6
0Другой — дипломат в отставке. Ее дядя по материнской линии пошел по стопам своего отца-дипломата и стал активистом. Благодаря своим родителям она близка со всеми вышеперечисленными людьми и принадлежит к шикарному, богатому британскому окружению. Это означает, что они близки со многими влиятельными фигурами, включая, но не исключая родителей Крейтона, а именно его ублюдка отца.
Мой сын молча смотрит на меня.
— Откуда ты все это знаешь?
Я поднимаю бровь, но молчу.
— Я знаю, что ты можешь получить любую информацию, но почему ты навел справки о ней?
— Она дружит с Аннушкой. Я проверил их всех, но, возможно, мне нужно расширить свою информацию, раз уж ты так заинтересовался ею.
— В этом нет необходимости. — Он делает еще один глоток своего напитка и вытирает рот тыльной стороной ладони. — Я отпустил ее.
— Ты уверен? Повторяющиеся кадры, которые ты смотришь уже неизвестно сколько времени, говорят об обратном.
Он щелкает несколькими кнопками, позволяя прямой трансляции с камер заполнить экран, а затем замолкает.
Типичный Джереми.
Иногда меня бесит, насколько он похож на меня. Если нас не подталкивать и не провоцировать, мы никогда не будем действовать. Если нас не довести до предела, мы никогда не заговорим. Обычно я даю ему время восстановиться самостоятельно, поскольку это то, что нужно мне.
Однако Джереми не один. В отличие от моего бесполезного отца, у него есть я, и я могу сказать, когда моему сыну нужен отец.
После нескольких минут молчания я подтаскиваю стул и сажусь рядом с ним.
— Что происходит?
Он пренебрежительно вскидывает руку.
— Тебе не о чем беспокоиться. Мне просто нужен вечер, я возьму себя в руки и начну действовать.
— Чушь. — Я постукиваю пальцем перед его лицом. — Не от всего можно отмахнуться и забыть. Некоторые вещи гниют в твоем сознании с намерением разрушить тебя изнутри, если ты ничего с этим не сделаешь.
Он делает паузу и наклоняет голову в мою сторону. Он смотрит на меня так, будто я все еще его герой. Нет. Его отец. И я не могу быть более благодарным.
— И... как мне это сделать?
— Это сильно зависит от ситуации. Во-первых, расскажи мне об этой Сесилии. Она была на твоем пути после всего, что случилось с Анникой и Крейтоном?
— Нет. Она была моей гораздо раньше.
Интересно.
Он никогда не упоминал о ней и, вероятно, не говорил о ней ни Аннике, ни моей жене. А я бы знал, потому что наша дочь — полная противоположность своему брату. В то время как он все держит под замком, она все выпускает наружу.
— И что? — я подталкиваю его дальше. — Почему ты ее отпустил?
Еще глоток водки, и еще.
И еще.
— Ей нравился другой парень, но я безоговорочно увел ее у него. Я думал, что смогу заполучить ее полностью. Что со временем она забудет о нем. — Его пальцы сжались вокруг горлышка бутылки.
