Боевая единица

Цыкнув, она оборвала намечающееся приветствие перепуганной воспитанницы и угрожающе произнесла:

– Если хоть одно слово произнесешь громким голосом, я швырну тебя обратно головой вниз, и, если умудришься при этом выжить, подгоню пару машин, залью карцер двухметровым слоем дерьма и забуду о твоем существовании. Все поняла?

– Так точно, – шепнула Лина.

– Иди за мной, только ни звука.

Девушка послушно последовала за настоятельницей. Та обогнула казармы охраны, прошла вдоль окраины поселка, в котором проживали сотрудницы, подошла к неприметному угловому коттеджу, раскрыла дверь черного хода. Пропустив девушку вперед, завела ее на кухню, не включая свет, жестом приказала присесть на табурет.

Лина послушалась, хотя чувствовала себя неудобно, сидя перед стоящей грозной хозяйкой Монастыря. За время пребывания в карцере зрение девушки обострилось, в темноте она видела прекрасно, но сейчас боялась даже глаза поднимать.

Настоятельница несколько секунд помолчала, затем рутинно уточнила:

– Как я понимаю, рассказывать о том, что именно произошло в раздевалке, ты не собираешься?

Лина промолчала, что само по себе являлось красноречивым ответом.

– Понятно, – не удивилась женщина. – Старший инструктор рукопашного боя Садова уверяет, что, заглянув в раздевалку, застала тебя за запрещенным занятием. На ее замечание ты отреагировала своеобразно – нападением. Сотрудницы, ворвавшиеся на шум, подтверждают ее слова, они видели, что ты избивала ее палками. При разборе бардака, устроенного при драке, на полу обнаружили искусственный член кустарного производства. Все улики против тебя. Ты точно ничего не хочешь сказать?

Девушка никак не отреагировала на слова настоятельницы, продолжая тупо смотреть на свои ноги. Та после паузы продолжила:"

"– У тебя есть три выхода. Первый: добровольно уходишь из Монастыря. Второй: рассказываешь правду о том, что там было. Я прекрасно знаю, что Садистка к тебе была неравнодушна, на ее лесбийские замашки уже приходили сигналы. Твои показания в сочетании с фактом пьянства и профне-пригодности позволят дать ей пинка под зад, вышвырнув за ворота. Этот член явно принадлежал ей, я знаю тебя как облупленную и не сомневаюсь, что наш врач после беглого осмотра подтвердит, что ты никак не могла себя им удовлетворять. Я эту штуковину хорошо рассмотрела: под нее надо иметь щель не меньше, чем у коровы, а это как раз размер Садистки. Тебе с ней меряться бесполезно, так что эта «улика» не вызывает ничего, кроме смеха. Профнепригодность очевидна, раз она позволила отметелить себя воспитаннице, которая легче ее в два раза. Итак, какой выход выбираешь?

– Вы еще не назвали третий, – еле слышно произнесла Лина.

– Ветрова, ты проста как копеечная монета: другого я от тебя и не ожидала.