0
0— Как какую-то… Меня никогда не бросали! Слышишь, никогда! И я на тебя очень зла! Очень! Быстро мне пообещай, что больше так не поступишь!
Соня врала, когда говорила, что эта ее женская привлекательность никак не контролируется — сейчас, когда девушка пребывала в подобном состоянии, я чуял, что этот ее животный магнетизм стал еще сильнее, и мне стоило немалых усилий спокойно ответить:
— Соня, ничего я тебе обещать не буду, как бы грубо это ни прозвучало, — и, удовлетворенно заметил, как брови норвежки удивленно пошли вверх. — Если ты будешь вопрос ставить подобным образом, сегодня же вечером я переговорю с твоими дедом и отцом и попрошу их снять с меня все и всяческие обязательства.
— Ты чудовище, Алексей! — Соня обиженно надула губки. — Ты самый невыносимый из молодых людей, которых я знаю! Ты наглый, заносчивый, злой, отвратительный и гадкий!
— Еще добрый, светлый, отзывчивый, благородный и красивый, хоть и седой, — улыбался я и перешел на русский: — Будем и дальше ругаться, или ваше высочество все же соизволит смилостивиться и снизойти до простых смертных?
— Если только ты прокатишь меня на своем байке, — буркнула она тоже на русском, заметно успокаиваясь.
"— Едешь ты с Еленой Панцулаей, а не со мной, а насчет экипировки договаривайся с кем-нибудь из девушек. И хватит уже на меня стучать своим родичам, это тебя не красит.
— Ты же обо мне… стучишь, — норвежка прекрасно уловила из контекста смысл этого слова.
— Не обо мне, а на меня, — поправил я ее. — Но ты права, так что претензия снимается.
— Только не говори, что испугался, — Соня явно решила окончательно сменить гнев на милость. — Да и кто посмеет вызвать на дуэль великого и ужасного Алексея Романова?
— Последнее слово всегда должно оставаться за тобой? — хмыкнул я.
— Именно…
За время нашего с Соней отсутствия молодежь успела разыграть немецкий и итальянский бренды, но встал другой вопрос — с чьей охраной поедем? Прикинув все за и против, я обратился к французской принцессе:
— Стефания, ваши вчера отлично сработали, может, и сегодня они нами займутся?.
— Это бы сняло массу проблем, — кивнула она. — Уже звоню. Где собираемся?
— Так на Золотой площади, — предложили братья Аль-Нахайяны, — там удобнее всего.
Предложение приняли единогласно и тут же дружно ушли с пляжа. Уже в отеле я позвонил Михееву и предупредил его о наших планах.
— Иван же едет с вами? — спросил меня подполковник.
— А зачем ему с нами ехать? — вздохнул я.
