Ассана. Хозяйка джунглей

Могучая горилла, всё ещё облачённая в дхар'таанскую броню, восседала на каменной плите, задумчиво глядя на закат.

«Ты сражалась храбро, маленькая Видика, – раздался в моей голове низкий голос примата. – Твоя стрела спасла многих».

– Спасибо, что пришли на помощь, – ответила я. – Без вас мы бы не справились, – и поставила рядом с ним корзину с лепёшками.

«Каари была древней и мудрой, – продолжил Мо'Кир. – Её смерть оставила пустоту в мире магии Ассаны».

– Киара теперь единственная Ни-Ар Ассаи? – уточнила я.

«Нет, есть и другие, – отрицательно качнул огромной головой примат.

 – И они не все такие добрые. Могут прийти на запах золота в сокровищнице Каари».

Я слабо улыбнулась:

– Ничего. Справимся с ними как-нибудь.

Мо'Кир поднялся, возвышаясь надо мной на добрые два с половиной метра:

«Часть нас останется рядом с вашими домами, другая пойдёт в лес, искать следы тех, кто мог схорониться в джунглях, чтобы неожиданно напасть ночью».

– Спасибо, – просто сказала я, глядя, как примат, легко подхватив корзину с угощением, степенно зашагал прочь.

***"

"Ночь прошла в тревожном ожидании.

Люди, сменяя друг друга, дежурили у постелей раненых. Баба Нюра готовила еду и питьё для всех, не жалея своих сил и запасов. Я большую часть времени провела между комнатами мамы, деда и Ларисы – она находилась в критическом состоянии.

Под утро вернулись старики, женщины и дети, все те, кто укрывался в дуплах древних деревьях. Мо'Кир, верный своему слову, отправил нескольких горилл сопровождать их обратно в город.

Квартал снова наполнился детскими голосами, что принесло некоторое облегчение нам, измученным прошедшим сражением.

Мы боролись не зря, совершенно точно не зря.

Вишневский созвал совет, чтобы решить, что делать дальше. Восседая на грубо сколоченной скамье во внутреннем дворе, он обвёл взглядом собравшихся:

– Сначала похороним наших погибших товарищей, – твёрдо сказал он. – Они заслужили достойного прощания.

Народ молча кивнул.

– А что с трупами врагов? – спросил Антон, баюкая перевязанную руку.

– Сжечь, – без колебаний ответил Степан Анатольевич. – Всех до единого.

Похороны состоялись на закате. Прощальные речи были короткими, но искренними.

Каждый вспомнил что-то доброе о погибших.

– Ярослав всегда останется в моей памяти как человек, который никогда не сдавался, – говорил дедушка, опираясь на наспех сделанный костыль. – Он первым вызвался идти в разведку, когда мы только оказались здесь…

Его голос дрогнул, и старик замолчал, смахивая непрошеную слезу.

– Сергей отдал свою жизнь, защищая другого человека, – сказала Елизавета Эриковна. – Он был настоящим героем. Без пафоса и громких слов. Просто хорошим человеком.