1
0
Только, что же он будет делать с братом? Сможет ли избавиться от него?
А может, это все только моя больная фантазия разыгралась?
23. Где мои милые гномы?
В оставшиеся дни бесхозного месяца Сид только продолжал расти в моих глазах. Он вел себя деликатно, был внимательным и нежным, то и дело утихомиривал разбушевавшиеся гормоны своего неугомонного братца и выводил меня на прогулки.
— Нужно нажать вот сюда, — Сид указал на синюю кнопку с изображенным на ней громкоговорителем, — дождаться ответа центра управления и задать маршрут.
— То есть, управляют гравитсом дистанционно? Я только подаю команды?
— Да. А для тех, кто умеет управлять аппаратом, есть режим самостоятельного пилотирования. Но этому нужно долго учиться. Иначе, можно ненароком кому-нибудь хвост подпалить.
Сид мягко улыбнулся, стал позади меня, прижавшись к моей спине, и стал демонстрировать остальные кнопки и рычаги.
Я слышала, как сбивается его дыхание, как голос становится ниже, как тело набирает жар…Сид отлично держался, но я чувствовала, что этот мужчина неравнодушен. И самое ценное, он не набрасывается на меня так же бесстыдно, как его братец, а ждет, когда я подам хоть какой-нибудь сигнал, разрешающий наступление.
Чувствуя горячее дыхание на своей макушке, я каждый раз замирала, желая полностью отдаться желанию, но что-то меня останавливало. Недоверие, возможно. А еще боязнь снова ошибиться. Нежелание разочароваться и потом долго склеивать разбитое сердце.
Но было еще кое-что. Как только я закрывала глаза, передо мной вставал образ того, кто оставил меня. Того, кто пообещал вернуться к своему времени, а до этого не мешать мне наслаждаться возможностью быть любимой сразу двумя.
И сразу же хотелось найти этого идиота, треснуть по голове чем-нибудь увесистым и полюбоваться искрами, летящими из его синих глаз. А потом обнять, прижать к груди и сказать: «Дурак ты!»
Но кто из нас должен делать первый шаг? У кого из нас яйца в конце концов?
Теперь оставалось дождаться месяца Оушена и понаблюдать за его поведением. Интересно, станет он вести себя как ни в чем не бывало, или будет снова и снова припоминать тот вечер?
Ох! Мужчины!
Почему мне не достались милые гномы, на которых достаточно цыкнуть, ну в крайнем случае, топнуть ножкой, как они разбегутся в норки, и носа не покажут, пока не позовешь!
Нет же! Мне дали четверых ослов, упрямых, упертых и не желающих смириться со своей долей быть одним из четверых.
Как же я теперь понимаю султанов, которые селили свой гарем подальше, чтоб эти назойливые бабы под ногами не путались. Передал через слугу: «Эту сегодня хочу!», ее в бане выкупали, причепурили и красивую-пахучую, как конфетку, к мужу на хальвет привели. И никаких разговоров.
