1
0Рождаемость будет регулироваться, а за пренебрежительное отношение к природе людей будут сурово карать.
— Убивать и вешать их голову на частоколе?
— Ссылать на добычу анурита… — и задумчиво взглянул на мой перстень.
Я не ответила на это ничего, но кожа под колечком тут же зачесалась. Если этот анурит настолько дорог, а его добыча представляет собой каторгу, сколько несчастных судеб и смертей несет в себе этот камень?
Домой мы вернулись под вечер. Я, как все дни, ушла готовить нам ужин, но тянущая боль внизу живота не давала мне покоя.
Месячные. А это значит, что наступили дни, когда я могу побыть одна, не стараться кому-то нравиться, не учиться сглаживать острые углы в общении с моими мужьями, и вообще, могу никого не видеть! А после…наступит время нового мужа. На этот раз – время Сида.
24. Домик на дереве.
За три дня «свободы» я выспалась на месяц вперед, наела сладостей на плюс один размер в бедрах и даже успела соскучиться по своим мужчинам.
Без Туата было откровенно скучно, потому что даже его приставания и пошлые шуточки я начала воспринимать как нечто неотъемлемое.
Сид стал буквально папочкой: заботился, поела ли я, не холодно ли, не скучно, не бесит ли меня его братец. И мне, надо сказать, это нравилось. Рядом с ним я чувствовала заботу. Он старался угодить во всем, но в этом не было щенячьей преданности недомужика под каблуком. Это выглядело так, будто взрослый мужчина взял за меня ответственность. Полную, абсолютную. И это не обсуждалось.
О Норде я и не вспоминала. А вот Оушен мне позвонил. Дважды.
Первый раз как раз тогда, когда я сидела у окна, всматриваясь в голубую рябь озера, что было под моим домом.
Я не ответила, потому что…Не знаю почему! Пусть думает, что мне некогда! Занята я.
Потом, конечно, меня подмывало перезвонить, но я сдержалась.
И второй раз, спустя пару часов, я все же приняла звонок.
— У тебя все хорошо? Как ты?
— Если бы тебе было действительно интересно, вряд ли ты бросил меня здесь.
Где-то с минуту я слышала лишь тишину. Наверное, он собирал всю свою волю в кулак, чтобы не разразиться громом на меня.
— Ты не держала меня…
Интересно! Я должна была упасть в ноги, схватиться за его штанину и причитать: «Не уходи…Побудь со мною?»
— Ты сказал, что у тебя дела. Вот и не утруждай себя заботой обо мне. Со мной все в порядке!
Да. Сглупила. Могла бы вывести разговор в нужное русло и все обсудить. Но ничего с собой поделать не могла. Хочется искренне верить, что во всем виноват ПМС, а не моя природная вредность. Вот только Оушен вряд ли станет анализировать.
Ладно, с ним разберемся через месяц. Никуда он от меня не денется. Придется ему меня любить, любить и еще раз любить, как завещал нам великий дедушка… Фрейд.
