Ждать пришлось так долго, что все успели подумать: Эллиана демонстрирует Дьютифулу свое неудовольствие. Она унижает его перед друзьями и семьей, заставив стоя дожидаться своего появления. Возможно, она поставит в неудобное положение своего отца перед королевой, что вызовет дополнительные трения… Кетриккен и Чейд уже начали обсуждать, не послать ли за нарческой слугу, когда появился Пиоттр.
В отличие от остальных гостей с Внешних островов он выбрал национальные одежды. Однако он не казался варваром, его костюм производил поразительное впечатление. Кожаные штаны дополнял меховой плащ, а украшения были вырезаны из слоновой кости и нефрита и оправлены в золото.
– Нарческа изъявила желание, чтобы я сообщил о том, что на Божественных Рунах возраст измеряется иначе.
За спиной Пиоттра распахнулась дверь, и нарческа сама плотно закрыла ее за собой – никаких слуг. Она остановилась рядом с Пиоттром, как и он, одетая в традиционный наряд жителей Внешних островов. Эллиана отказалась от платьев, купленных в Баккипе. Ее штаны были сшиты из пятнистой кожи тюленя, а жилет – из рыжего лисьего меха. С плеч ниспадал плащ из белого горностая, украшенный маленькими хвостиками и воротником из волчьей шкуры. Нарческа надела капюшон и спокойно улыбнулась нам.
– Да, мне почти столько же лет, что и принцу Дьютифулу. В нашей земле годы считают иначе. А теперь о титулах. Хотя я получила свое имя только после того, как мне исполнился год, я с самого начала была нарческой. Однако принц Дьютифул, насколько я понимаю, не станет королем или даже наследником короны до тех пор, пока ему не исполнится семнадцать. Я права?
Она обратилась к Кетриккен, словно сомневалась в своей правоте, но стояла на крыльце, возвышаясь над всеми.









