Но когда я развернул рукава рубашки необычного кроя, я обнаружил вставки разных оттенков синего – так меняется цвет оперения у птицы, распахнувшей крылья. Не обошлось и без потайных карманов, расположенных в удобных и самых неожиданных местах. Карманы я одобрил, хотя мне не понравилось, что лорд Голден открыл мой секрет портному. Я бы предпочел, чтобы никто не знал о моей любви к скрытым от посторонних глаз карманам.
Казалось, лорд Голден почувствовал мою тревогу, и я услышал его голос из соседней комнаты:
– Ты, наверное, обратил внимание, что Скрендон сделал несколько маленьких кармашков для предметов, без которых я не могу обходиться, – нюхательной соли, порошков, содействующих пищеварению, духов и запасных носовых платочков.
– Да, милорд, – очень серьезно ответил я, быстро заполняя карманы.
Взяв в руки зимний плащ, я обнаружил последнее дополнение к моему новому костюму. Гарда так сверкала, что я недовольно поморщился. Но когда я обнажил клинок, он покинул ножны с тихим зловещим шепотом. Баланс клинка был идеален. Я вздохнул, поднял глаза и обнаружил стоящего у двери Шута.
– Я слишком плохо фехтую, чтобы носить такой клинок.
– Ты заслуживаешь права открыто носить меч Верити. А этот лишь его бледная тень.
За такой подарок невозможно отблагодарить словами. Шут смотрел, как я пристегиваю меч к поясу, и мне показалось, что он разделяет мою радость обладания столь прекрасным клинком.
Когда мы спустились во двор дожидаться принца, оказалось, что компания собралась довольно большая.
Рядом с ней стояли две подруги, которые о чем-то оживленно болтали. Все они радостно приветствовали лорда Голдена. Меня поразило, что он выглядел так, словно был ненамного старше этих молодых людей, красивый и богатый аристократ из далекой экзотической страны, которому недавно исполнилось двадцать лет.
Слуги вели лошадей в поводу. Я заметил, что подушка за седлом для кошки Сивила пустует. Я сомневался, что он действительно оставил ее в Гейлтоне.









