Завтрашний царь. Том 2

Поймали дикомыта на лыжах!

– А всё оттого, что они даже в тайном воинстве руку берут, – вылез с обличениями второй. – Как понатекли в Чёрную Пятерь…

– Цыть! – щунул друга кудряш.

Поздно. Светел навострил уши, внутри зазвенело и напряглось, всё иное утратило смысл.

– Расскажете, добрые люди, кто там натёк? Я пива куплю.

Вожак, бурея с досады, мотнул влажными кудрями, подхватил слово:

– Не по дуре-самокрутке стать горевать. А вот с тебя за неправду сородичей отплату истребуем!

Теперь они топтались кругом Светела уже все. Ждали последней искры, чтобы напасть.

– Хар-р-га, – продолжая улыбаться, негромко, сквозь зубы предупредил Светел.

Деревенские сидельцы могли никогда не иметь дела с дружинными. Даже вовсе не ведать, кто таков дяденька Неуступ. Однако меж зеваками нашлись знатоки. Они без сговора прянули к вожаку, утянули его прочь под локотки, сбив драчливый припляс. Кудряш сперва вырывался, потом перестал. Трое шабров, утратив основу решимости, переглянулись и отвалили за старшим.

И утих, расточился водоворот, едва не затеявшийся в потоке торжан. Люди побрели мимо, как прежде.

– Я старый дурак, – сказал Кербога.

 – Я прожил много лет, не памятуя, как голову поднимать. Что в тебе такого, ребятище? Прийти не успел, а я уже стал дерзким и безрассудным… – И вдруг спросил с запоздалым ужасом, вполголоса: – А если те, кого ты увёл… из поезда Владычицы беглые? Если сюда… котляры…

«Там тягунов не бывает, дядя Кербога…» Светел хотел ответить вслух, не успел. Вернулись дети, разбежавшиеся от взрослой свары.

– Дядя, ты правда витязь?

– Правда.

– И меч есть? Всамделишный?

– Есть.

– А другие витязи где?

– Походом идут. Я ранен отлёживался.

Страшный чужой дикомыт оборачивался понятным, как старший брат, который имелся у каждого.

Только в жарых косах запуталось несколько белых нитей да у рта притаились морщины, какие не всякий брат себе нажил.

– Тебя, дядя, в бою достали? Куда?

Светел ткнул за плечо:

– В спину.

Ребятки переглянулись. Не поверили. В Изворе любили петь о героях. О спёкшихся повязках на голове, на груди. Но чтоб спина?..

Самый бесстрашный оттопырил губу.

– Тыл, что ли, в бою показал?

– Дикомыты с поля бегают! – крикнул другой. И сам на всякий случай удрал, страшась кары.

Кербога помалкивал, наблюдая за Светелом и мелюзгой.

– Ты! – Опёнок подозвал мальчишку. – Стань сюда, воеводой будешь. А ты стань вон там. Хватай крух, мечи в него."

"Ком грязи швырнуть наука невелика! Светел прянул, на шагу схватил «воеводу», развернул за себя, согнулся над ним. Тело вспомнило Сечу. «Я что, Неуступа, башню осадную, вот так ринул? Или сам его обежал?..»

Земляной снарядец рассыпался по толстой верхней рубахе.

– А там топорами кидались, – сказал Светел.

– Ух ты! – отозвались мальчишки.