6
0
– Ты поранен, – шепнула девочка. – Тебе больно!..
Сквозь кольчугу торчали обломки стрел, прошедших крепкий нагрудник: били в упор.
«Телесную боль давно забрала река…»
– Что же держит тебя?
«Мы стояли заслоном: витязи и стяг ополчан. Я умер последним. Как уйти через мостик, домашним весточки не послав?»
Его лицо понемногу оживало красками. В глазах наметилась синева, волосы потемнели. Растрёпанные, склеенные потом и кровью… явно привыкшие лежать косами по вискам.
– Ты дикомыт?
«Кто?..»
Тяжёлая рука, тряхнувшая за шиворот, вернула к сумрачной яви.
– Над чем заколодела, торба?
Дядька Косой был зол той злостью, что скрывает отчаяние.
«Чтоб мне ещё век здесь скучать, если выпущу тебя, сын вероломства! – отдался презрением голос древнего воина. – Больше никаких душегубов заветной тропкой не проведёшь…»
– Дяденька… – пискнула рабыня. – Добрый господин… тут…
«Господин?»
– Без тебя вижу, – с досадой бросил Косой. Выхватил протянутую бляху. Повертел, хмыкнул непонятно:
– Андархи! – Кинул в поясной кошель и забыл. – Рукавицу вздень, невстреча ходячая, без пальцев останешься. Санки тащи!
Она безмолвно повиновалась.
– Лезь мне на плечи.
– Дяденька…
– Лезь, дура, прибью!
– А как же…
Косой с рыком сгрёб её здоровой рукой. В два движения встал на передок саней, а под её валенками оказались его плечи. Она за что-то схватилась, пятерня в рукавице больно, с невозможной силой стиснула ногу, толчок…
…Мгновение невесомого лёта…
…И она выкатилась наверх.
– Шапку отдай, – мрачно прогудел под ногами Косой.
Она вправду судорожной хваткой стискивала его треух. Разжала пальцы – шапка полетела, Косой не поймал. Он спрыгивал с нарты, одной руки про всё не хватало. Вот поднял, надел, склонился, притих, чем-то занятый. Она только видела, как дёргался локоть. Стоило оглянуться влево-вправо, как раздалось:
– Лови! – (Наверх кольцами взлетела верёвка. Та самая, с узлами.) – Тяни!
Рабыня послушно стала тянуть. Сперва было легко, потом на верёвке повисла ощутимая тяжесть.
Тогда девочка всё поняла, но подпустить к себе правду не было духу. Она распласталась, подползла к проруху:
– Дяденька! Я тебе снег кидать буду, ты притаптывай!
Рядом уже стоял призрачный дикомыт.
«Ты ему ничем не поможешь».
Косой засмеялся. Взмах руки – наверх вылетела совня. Пронзила неуязвимую тень. Зарылась в уброд.
– Воткнёшь, место заметишь, – приказал Косой. – Пойдёшь вниз по реке.
