Вылетали неполной эскадрильей: одна пара осталась дежурить на аэродроме. На всякий пожарный. Когда отработаем мы, вылетит следующая эскадрилья. Через час третья. А во время, пока наши «балалайки» будут вне зоны авиационных боёв, небо прикроют предки, которым готовить машину к полёту чуть проще, чем нам.
Миг-23 будут действовать южнее, в районе Бреста. Но у них и дальность побольше, и аэродром Мачулищи южнее нашего. Так что со своими мы точно не пересечёмся. А если и пересечёмся, то опознаемся легко: ни у кого в мире, кроме нас, пока нет реактивных самолётов.
Хотя можем пересечься с бомбардировщиками Ту-22. Звено их тоже полетит бомбить немецкие аэродромы в районе Сувалок. Но и они пойдут на большой высоте, недоступной немцам. И тоже реактивные и с системой опознавания.
Собрались в группу уже западнее Дретуньского полигона. На земле ещё мрак, а в спину светит солнце. Пока тащились в сторону Гродно, для нас оно поднялось ещё выше, а для тех, кто на земле, наступил рассвет. Приграничная полоса на западе вовсю полыхает огнём артбатарей, а к востоку — разрывами снарядов.
Идём на высоте семь тысяч, а внизу, куда уже достигают солнечные лучи, словно мошки в свете уличного фонаря, крутятся вокруг расползающихся бомбардировочных штаффелей «ястребки». Но нам нужно смотреть не туда, нам чуть западнее, где набирают высоту истребители прикрытия фрицев. Много, десятка два. Их тактика тоже известно: удар на пикировании сверху.
Два трёхсамолётных звена И-16, заметив приближающихся врагов, пытается перестроиться, чтобы отбить атаку. Переключаю рацию на их волну.
И-16
— Ишаки, не отвлекайтесь на мессеров, это добыча балалаек.
Ноль эмоций. Блин, у них же раций почти нет!
Теперь своим.
— Бьём худых, пока они не набрали высоту. Один заход с хвоста, после пикирования уходим наверх. Попарно.
Просвистели (в том числе — и двигателями) на германскую территорию.
ЛаГГ-3"
"«Ишаки», кстати, увидев нашу работу, стали отворачивать. Вспомнили, значит, предполётный инструктаж.









