Второе дыхание

Мы полетели по кривой на высоте четыре тысячи метров, огибая большие города, в которых стоят так любимые нами батареи немецких зениток «Флак-18». На подлёте к Кадису увидели сухогруз, следующий в сторону порта. Опустились до двухсот метров, облетели его. На мачте был красно-черный германский флаг.

— Атакуем, — передал я своему экипажу.

Зениток на судне не было, поэтому зашли со стороны океана на высоте тридцать метров, если верить альтиметру. Глядя в тёмную океанскую воду, казалось, что она намного ближе. Первые две бомбы скинули слишком рано, плохо учтя упреждение.

— Есть одно попадание в зад! — доложил стрелок-радист Федерико, далёкий от морской терминологии."

"Наверное, бомба повредила машинное отделение и в том числе рулевое управление, потому что судно легло на циркуляцию с резкой потерей скорости. Я нарезал пару больших кругов, ожидая, когда замедлится, после чего атаковал вторично.

— Обе попали прямо в серёдку! — прокричал радостно стрелок-радист Федерико.

Когда мы поднялись на высоту две тысячи метров и пролетели над целью, германский сухогруз, переломившись почти по миделю, медленно погружался в воду.

Экипаж грузился в спасательные шлюпки. До берега миль десять, погода хороша, волна невысокая. Да, холодновато, но если грести энергично, не замёрзнут.

На подлете к Кордове нас встретили две пары истребителей «Мессершмитт-109Б». Наверное, специально ждали, потому что летели от аэродрома. Предполагаю, что с ними связалось военно-морское руководство из Кадиса и попросило отомстить за гибель судна с боеприпасами.

— Приготовились, парни. Работаем, как обычно, — приказал я своему экипажу.

Мы снизились до высоты около пятидесяти метров и полетели неправильным зигзагом.

Вражеские истребители атаковали нас издали, выстроившись в линию. Под носовые пулеметы сперва не подставлялись, отворачивая раньше. Наверное, уже имели печальный опыт. Я без всякой системы бросал «СБ-2» влево или вправо, уклоняясь от пуль. Линия фронта рядом, всего несколько минут полёта. Там уже можно будет сесть на вынужденную, если сильно побьют. Стрелок-радист Федерико строчил в ответ по «мессерам». Когда у него закончились патроны, они, наверное, поняли, что скоро и им будет нечем стрелять и начали бить с ближней дистанции, проскакивая вперёд. Тут мы и подловили одного. На этот раз Антон не разменивался на предпоследнего, всадил всё, что успел, в замыкающего, а я дал для этого время, проследовав за вражеским истребителем. «Мессершмитт-109Б» полыхнул, странно кувыркнулся, после чего почти вертикально врезался в землю в паре километров позади линии окопов Республиканской армии. Остальные пролетели с нами еще минут пять, стреляя издали, пока у них не кончились патроны.