– Хорошенькие творятся дела, когда в доме люди из Скотленд-Ярда и им не хватает воспитания переговорить в первую очередь с главой семьи! Кто в этом доме хозяин, интересно знать? Отвечайте! Кто здесь хозяин?
– Безусловно вы, мистер Кракенторп, – умиротворяюще отвечал Краддок, поднимаясь со стула. – Но мы так поняли, что вы уже сказали инспектору Бейкону все, что вам известно, а поскольку у вас неважно обстоит со здоровьем, нельзя подвергать вас чрезмерному напряжению. Доктор Куимпер сказал…
– Ну, положим. Положим. Я и впрямь не могу похвалиться крепким здоровьем. Что касается доктора Куимпера, это сущая старая баба – нет, врач он хороший и мое состояние оценивает правильно, – но готов буквально кутать меня в вату.
– Рановато еще для версий, мистер Кракенторп.
– Иностранка, говорите?
– Думаем, да.
– Тайный агент? Шпионка?
– Вряд ли, я бы сказал.
– Он бы сказал! Да они повсюду, куда ни глянь! Проникают, внедряются! Почему Министерство внутренних дел их пускает в страну – уму непостижимо! Технические секреты выпытывают, как пить дать.
– Это в Бракемптоне?
– А что, кругом заводы. У меня самого один прямо за воротами.
Краддок вопросительно глянул на Бейкона. Тот отозвался:
– Металлические контейнеры."
"– Почем вы знаете, что у них там выпускают на самом деле? Мало ли что вам наплетут! Ну ладно, пусть не шпионка, но тогда кто, по-вашему? Думаете, путалась с кем-нибудь из моих драгоценных сыновей? Если так, значит, с Альфредом. Гарольд отпадает, чересчур осторожен. А Седрика родная страна не устраивает для житья. Выходит, Альфредова бабенка. А какой-нибудь оголтелый малый выследил ее, заподозрив, что она бегает сюда на свиданья, – и укокошил.
Инспектор Краддок дипломатично заметил, что это, бесспорно, версия. Но только мистер Альфред Кракенторп убитую не опознал.
– Ба! Струсил, вот и все! Альфред с рожденья трус. Но запомните, он еще и лжец прирожденный! Врет и не краснеет. Все они никуда не годятся, мои сыночки. Стайка стервятников, ждут не дождутся, когда я умру – главное их занятие в жизни. – Он насмешливо фыркнул. – Ничего, пускай их дожидаются.









