10
0
На улице он не останется, у него своя квартира есть, — уверил ее я.
Мама сделала скорбное лицо и последовала за отчимом — в церковь.
* * *В субботу мы с Василием честно обзвонили все колхозы-совхозы, но на месте никого не оказалось.
А в воскресенье я окончательно убедился, что эпоха торговли кофе подошла к концу: в областном центре удалось продать только пятнадцать штук, все жаловались на безденежье и тотальное обнищание населения, когда потратить ползарплаты на роскошь мало кто мог себе позволить. Вот если бы я жвачек оптом привез да шоколадок, было бы здорово, они спросом пользуются.
Все было настолько плохо, что мы с Ильей встали с кофе недалеко от рынка, но продали только одну пачку: народ узнавал цену и шарахался.
Хорошо, только пак у деда заказал, теперь домой его везу. Вообще никакой радости вот так скакать целый день и заработать семьдесят пять тысяч… Это, в принципе-то, на общем фоне очень неплохо, я просто уже привык к большему.
Следующая задача: в понедельник продать десять акций «МММ» и вместе с этими деньгами обменять на доллары, а дальше расплачиваться за солярку уже долларами, так надежнее.
Итак, план на понедельник: ранним утром отпроситься у дрэка, с этим мне пообещал помочь Василий, вызвался пойти вместе со мной и сказать, что без моей помощи никак, и на неделю он меня забирает, а все пропущенное в школе я сдам.
Второе: с девяти до одиннадцати — со всеми созвониться и договориться о встрече на завтра.
Третье: в обед сгонять в центр города, продать акции, купить доллары. Туда и обратно меня пообещал отвезти Василий, потому что ему тоже нужно будет заглянуть в офис «МММ».
Четвертое: сходить в органы опеки с Лидией, поговорить с начальницей, если нужно, дать взятку.
Пятое: созвон с Ринатом. Если потребуется, поездка в условленное место на грузовике Василия, чтобы забрать солярку. Надеюсь, ее к тому моменту накопится больше тысячи литров.
Но, скорее всего, с соляркой мы заморочимся во вторник утром.
10 января 1994 г., понедельник
В семь утра мы позвонили Ринату-машинисту, напомнили о себе и подтвердили, что все в силе, пообещали вечером точно сказать, сколько солярки надо.
Вторым делом, чтобы сэкономить сорок минут, Василий повез меня в школу. На машине. Будто шишку какого-то.
На мою просьбу продлить каникулы дрэк, конечно, пошипел, что не положено, если он меня отпустит, то все захотят вот так отпрашиваться, но я пообещал сдать пропущенное на пятерки, и он сдался. Подозреваю, что, не будь со мной взрослого, бодаться пришлось бы дольше.
