7
0Нет отвала, вокруг чистый травянисто-моховой покров. Куда исчез вынутый грунт?
Савватеев и в самом деле не обратил на это внимания, поэтому вернулся, скучно постоял возле эпицентра, засунув руки в карманы: пассажира больше интересовали воронки, нежели труп правозащитника…
– Мыкола… А какое отношение эта яма имеет к вашему гражданину Каймаку? Может, он под чурками лежит?
– Под чурками не лежит. Но все это имеет самое прямое отношение. – Твистер выкинул штангу, включил прибор и, отцепив один наушник, подал Савватееву: – Хочешь послушать легкую музыку?
В десятке метров от воронки Савватеев услышал переливчатое пиликанье, хотя под круглым датчиком на конце штанги, на первый взгляд, ничего, кроме листьев, не было. Однако Твистер опустился на колени, кистью смел нынешнюю желтую листву, обнажив прошлогоднюю, черную, пробитую травой, после чего достал пакетик, пинцет и аккуратно извлек из перегноя некий желто-серый осколок, напоминающий кусочек пластмассы.
– Остатки костной ткани, – сказал он, подавая Савватееву сильную лупу. – Здесь все вокруг усеяно этой дробленкой. Два-три на квадратный метр. Еще больше металлических, очень мелких, либо с измененной кристаллической структурой. В основном сталь и алюминий.
Пока Савватеев изучал под лупой осколок, ФБРовец поводил штангой по вырубке и принес еще один, покрупнее, с пористым сегментом, характерным для ребер.
– Результат воздействия мощнейшего электрического разряда в ионизированной или газовой среде, – объяснил он. – При высоком количестве выделяемого тепла, но в кратчайший срок. В одно мгновение десятки тысяч градусов. Что-то наподобие взрыва шаровой молнии, только очень крупной.
Наверное, Твистер намеревался поразить воображение четким знанием какого-то неизвестного Савватееву предмета. А поскольку тот никак не реагировал, то пассажир начал развивать тему:
– Мягкие ткани от высокого давления превращаются в биомассу. Можно сказать, в пену, которая размывается дождями и почти полностью утрачивается. Но кость – достаточно твердый и химически устойчивый материал. Кстати, сохраняется на земле лучше, чем металлы…
То, что он излагал тут, было очень серьезно и несло в себе некую опасность, ощущаемую пока интуитивно. Понятно, что возле этой лесовозной дороги и впрямь что-то рвануло.
