7
0
– Эх, звери, – сказал он подошедшему Савватееву, – вы не волка, вы человека убили…
И только сейчас Савватеев увидел, что оскаленные десны зверя совершенно пусты, как у младенца…
– У него и когти отпали… – Агошков бросил безвольную лапу и встал. – Еще немного подождать надо было…
– Оборотень, что ли? – серьезно спросил Савватеев.
– Сами вы оборотни…
– Что же он набросился?
– Смерти искал. Что… Трудно становиться человеком, вот что.
Савватеев вдруг ощутил омерзение, как если бы перед ним и в самом деле лежал только что жестоко расстрелянный в упор, окровавленный человек. Медик тоже склонился над волком, присвистнул:
– О, да он глубокий старик!.."
"Безучастным оставался лишь мистер Твистер, который стоял у калитки и, равнодушно взирая на стрельбу и сует у, ждал.
– Зачем собаку убили? – мимоходом поинтересовался он.
– Не собаку, а человека, – отозвался Савватеев. – В волчьем образе…
– Я уже привыкаю к твоим шуткам!
Найденное пассажиром любопытное место оказалось не так и далеко от базы, возле зарастающей лесовозной дороги. Это была круглая поляна, размером чуть меньше футбольного поля, расположенная среди густого, не старого еще смешанного леса. Все деревья были выпилены совсем недавно, может, с год назад, и ничего более особенного в глаза не бросалось. Савватеев прошел ее вдоль и поперек, остановился посередине возле высокой кучи аккуратно сложенных сучьев и пожал плечами:
– Ну и что?
Смерть молящегося волка настолько потрясла воображение, что его образ перекрывал реальность.
ФБРовец, как профессионал, не показывал своих чувств:
– Обрати внимание на форму лесосеки. Она круглая.
– Обратил…
– Теперь на пни. Они все вывернуты с корнем и только потом отрезаны мотопилой.
– Ураган, что ли?
– Возможно… Только целенаправленный, точечный. Многие сохранившиеся деревья по периферии имеют явно выраженный наклон в сторону от эпицентра.
– А где же здесь эпицентр?
– Рядом с тобой. – В его спокойствии все-таки сквозило торжество. – Под сучьями – засыпанная воронка от взрыва.
Он стащил крайние ветви, обнажая рваный и уже слегка замшелый край глубокой воронки, забитой чурками, мелкими ветвями и землей. Савватеев сразу же вспомнил доклад криминалиста по поводу этой воронки еще в первый день операции, насмешливо и цинично взглянул на ФБРовца, ухмыльнулся:
– Ну что, поздравляю! Наблюдательность, пиротехническая подготовленность в ФБР на высоте… У вас в Америке уголь жгут?
– Уголь? Зачем?
– Чтоб на заборах писать! – Савватеев пошел к лесовозной дороге. – Русское граффити называется…
– Да, я слышал про углежогов, – невозмутимо, уже в спину ему сказал мистер Твистер. – Но версия не проходит. Это не яма – плохо замаскированная воронка.
