Вершитель

И я уже готова была зайти внутрь, наплевав на неблаговидного посетителя, когда заметила, что лежит на его тарелке.

Похоже, в моей любимой кофейне изменилось меню. Теперь вместо капучино и бисквитных пирожных здесь подают куски свежего мяса с кровью и потроха. Тоже отвратительно свежие.

Словно услышав мой задушенный писк, неряха повернул голову и уставился в мою сторону, пережевывая свой обед. На его губах осталась кровь, на щетине – куски чего-то неприятного. Резко выдохнув, я рванула прочь от этого ужасного места, решив, что навсегда разлюблю кофейни!

Следующей моей записью будет: «Если вы заметили мужчину, обедающего в кофейне сырым мясом и кишками – внесите это заведение в свой черный список, у него хреновый шеф-повар! А потом бегите со всех ног, пока там не закусили и вами!»

Боги! Я никогда так не бегала. Я неслась по тротуару, мимо разноцветных домов, увитых цветами, мимо стеклянных дверей и витрин, и не знаю, где оказалась бы в итоге, если бы путь мне не преградил автомобиль. От неожиданности я отскочила и плюхнулась на свою многострадальную пятую точку. Поднялась, ругаясь сквозь зубы и потирая ушибленное место. Дверца распахнулась."

"– Садитесь, – властный голос Дагервуда разорвал мое оцепенение. На деревянных ногах я подошла к машине и села на кожаное сидение. Мотор мягко заурчал, когда Дагервуд переключил передачу. Я вцепилась в сидение.

– Пристегнитесь, Виктория.

Потянула ремень безопасности, защелкнула, даже не подумав возражать. Меня слегка трясло от пережитого и от непонимания, поэтому я не сразу решилась посмотреть на чеканный профиль мужчины за рулем. Он смотрел на дорогу, а я застыла, разглядывая его. Надо признать, у Дагервуда был потрясающий профиль. Обычно принято сравнивать с римскими монетами, но так я не видела ни одной, то просто смотрела, удивляясь его агрессивной красоте. Правда, когда Дагервуд повернул голову, я смутилась и отвернулась, сообразив, что откровенно пялюсь на него. Вздрогнула.

– Как вы здесь оказались? – вопрос прозвучал резче, чем я хотела.

– Проезжал мимо.

Я снова уставилась, на этот раз с подозрением.

– Правда?

Дагервуд ответил мне непроницаемым взглядом.

– А куда вы так неслись, Виктория? Признаться, я не ожидал увидеть вас здесь.

– Где здесь? – слишком громко спросила я.

Он окинул меня острым взглядом.

– В городе.

– В городе?! – почти закричала я. И осеклась. Мы ехали по проспекту. Светились рекламные щиты, лениво текла толпа пешеходов. Дома были самыми обыкновенными – с трещинами и ржавчиной на решетках. Никаких цветов, красноглазых и любителей сырого мяса.

Все. Финиш. Я сошла с ума.

Окончательно.

– Вас что-то удивляет? – мягко уточнил Дагервуд.

Я промолчала. Язык не поворачивался сказать.