Вершитель

Почему? Где он, мой друг и защитник, почему не со мной? Черт, что случилось с нами? Я еду в чужом автомобиле с чужим мужчиной, к которому испытываю странную и болезненную страсть, но ни капли не доверяю. А Рик ищет того, кто избавит его от привязанности ко мне.

Стало горько. Все это было так… неправильно! Разве не должны мы были все преодолеть, а потом жить долго и счастливо?

– Если вы собрались реветь, то потерпите до особняка, – холодно сказал Дагервуд. – Меня это раздражает.

Я зло фыркнула, но плакать перехотелось. И мысли о том, что с Дагервудом можно приятно поболтать – испарились без следа. Он мне не друг, и хорошо, что напомнил об этом.

Глава 23

Влад заглушил двигатель и посмотрел на девушку, что свернулась на соседнем сидении. Ви уснула. Просто уснула, прижавшись щекой к кожаному подголовнику. Она напоминала ему кошку – красивую, свободолюбивую и немного дикую, которую так хочется погладить по мягкой шкурке. Вот только вряд ли позволит. Скорее оцарапает, сверкнет зелеными глазищами и сбежит.

Дагервуд никогда не любил кошек.

Возможно потому, что желал доминировать в любых отношениях, а пушистые хищницы этого не терпят. Они лишь позволяют любить себя. И то, если повезет.

Виктория во сне вздохнула, и ее вдох коснулся щеки Влада. Он и не заметил, когда наклонился так близко к ней. Он вообще последнее время слишком часто обнаруживает себя рядом с Викторией. И слишком неожиданно."

"Что за безумие случилось сегодня?

И стоило вспомнить, в паху потяжелело, а неудовлетворенное желание напомнило о себе. Влад глубоко вдохнул, пытаясь взять себя в руки. Но сейчас, когда она была так близко – мягкая и разнеженная, сделать это было почти невозможно. Взгляд снова зацепился за дыру на ее коленке. Эта дыра его завораживала, почти не давала дышать. Возможно потому, что ему хотелось опустить руку и дорвать тонкий чулок. А потом разорвать и черный шелк, что прикрывал ее тело. Содрать платье, обнажить золотистую кожу, что казалась сладкой даже на вид. Как хмельной мед. Как карамель. Как отборный янтарный коньяк. И Дагервуд дико хотел узнать, такова ли она на вкус.

Хотя у него совершенно нет времени на эту девчонку. Ни одной минуты. Но он все еще сидит здесь и смотрит, как она спит. Думает о том, что снова поднимет ее на руки и отнесет в свою комнату. Чтобы не выпустить оттуда ближайший год и сделать все то, что представляет, глядя на нее.

Глубокие вдохи не помогали. Ничего и ни хрена не помогало! Какого грёбаного вирга он с ней связался?

Дагервуд выругался сквозь зубы и с трудом отвел взгляд от девушки. Сегодня он сорвался, инстинкт взял вверх, а Ви просто оказалась рядом. Именно поэтому вожделение было столь острым, а каждое прикосновение к ней сводило с ума. Голод, вот что это.