Мой неверный муж (СИ)

Я был слишком… Растерян? Давно не чувствовал ничего подобного. Ярость, гнев, агрессия привычнее. В понедельник утром я отработал этот букет на дорогом брате Давиде."

"— Марат, брат, ты все не так понял! — Давид максимально пытался избежать конфликта. Наверное, поэтому кружил вокруг стола, не даваясь мне в руки. У него роскошный просторный кабинет, секретарша — шикарная блондинка с хорошими сиськами и большими голубыми глазами, витражные окна, в которые я с радостью его выброшу.

— Я все прекрасно понял, — пытался достать его за лацканы пиджака. — Польку трахнуть хочешь, гамадрил штопаный.

— А знаешь что, — Давид остановился и прямо посмотрел, — да хочу! — и бросился на меня. Мы: генеральный директор серьезной компании-застройщика и дорогой столичный адвокат пиздились в кровь!

— Почему? — выдохнул, когда, разгромив кабинет, повалил Давида, придавил сверху, и ударил кулаком, разбивая губы. — Мы же братья! Это моя женщина!

— Я тоже хотел такую женщину! А женился на твоих обносках!

Я замер, не донеся кулак. Смотрел на Давида непонимающе. О чем он?

— Лота — твоя невеста. Не моя.

— Так не женился бы! Я тебя в загс не тащил!

— Я не мог, — он столкнул меня с себя.

Я не стал возражать. — Мне было двадцать два, совсем дурак еще. Отец сказал, что если откажусь, то нас вышвырнут из диаспоры. Ты же помнишь, тогда семья Лоты в силе была. Твоя родня смогла отстоять твой выбор. Ты и не знал даже: хвостом махнул и всех послал. Я не мог так! У меня братья, мать, отец!

Я этого не знал. Не то чтобы это как-то обелило Давида в моих глазах, но не думал, что его принудили.

— Поэтому ненавижу жену, — поднял на меня злые глаза. — Она ведь красивая и характер имеется.

Я мог бы полюбить ее, но как вспомню… Она тоже ненавидит меня, но уже не может без моей ненависти.

— Ну так разведись и отпусти вас обоих! Ее отца уже нет. Что тебя держит?

Он только смотрел волком.

— Тебя все устраивает, Дава, — саркастично резюмировал.

— А я не верю в разводы! — зло и нагло вскинул подбородок. — Прямо как ты, брат!

— Почему Полина? — сухо спросил. Мне нужно знать.

— Потому что охуенная, потому что твоя. Мне нравилось все, что было у тебя и не нравилось то, что ты не хотел.

— Ну ты и больной ублюдок, — заметил, но уже без прежней злости.

— Ага, я в курсе.

Я поднялся, посмотрел на свою красивую рожу, одежду попытался привести в порядок. Мне на воздух нужно.

— Марат, — окликнул Давид, — вот скажи: а ты нахрена на мои вечеринки приходил? Видел же, что там ничего срочного, одни соблазны. Но никогда не пропускал, почему?

Я не ответил. Нет у меня ответа. Просто ходил. Не изменял жене, но смотрел на красивых девок, сравнивал, наслаждался их взглядами и уходил домой довольный. Внимание к моей персоне всегда чесало эго. Я тщеславный, да.