4
0Что за черт? Отошел справить нужду? Или…
Он стоял и не решался продолжить путь. Ему казалось, что на том берегу кто-то прячется. Проторчав так несколько минут, Алексей Николаевич вернулся к казакам.
– Урядник, дай мне одного человека. Что-то на мосту неладно.
– Может, одного мало? – насторожился старший. – Разрешите, я тоже с вами!
Они двинулись втроем. Только приблизились к реке, как с той стороны раздались выстрелы. Над головой засвистели пули.
Казаки мигом спешились и ответили. Лыков не стал торопиться. Он вынул маузер Динда-Пето, который теперь носил с собой, и присмотрелся: ночь, ни зги не видать – фонарь разбили первым же выстрелом. Вспышки то тут, то там: нападающие меняли позицию. Казаки целились – и не успевали. Так можно до утра воевать с нулевым результатом. Пора было вмешаться…
Алексей Николаевич засек очередную вспышку, мгновенно навел на то место маузер и повел стволом влево-вправо. Бах! Бах! Бах!"
"Через секунду он услышал топот ног и, не раздумывая, бросился вперед. Но темнота была на руку противнику. Топот затих под мостом – не лезть же в ущелье. Сыщик скорее почувствовал, чем увидел, темное пятно. Подошел, потрогал, не отводя пистолет. Лежит человек, в крови, и прерывисто дышит. Тут только подоспели казаки. Урядник зажег спичку:
– Кончается. Вы ему в башку угодили… – Нагнулся ниже и добавил: – Ваше высокоблагородие, да ведь это армяшка! Ай, негодный какой народ. На полковника бросился – так тебе и надо.
Тут до Лыкова дошло, что их вели от самой гостиницы. И только ждали, когда друзья расстанутся, чтобы прикончить по одному. И что сейчас на дороге убивают Имадина.
– Урядник, за мной!
Не спрашивая ни о чем, казак полетел за коллежским советником. Они миновали выезд и оказались на Военно-Грузинской дороге. Темнота вокруг стала какой-то особенно плотной и жуткой. То и дело сыщик ждал выстрела, а еще боялся споткнуться о труп товарища. Черт, как же они так неосмотрительно? Путали следы, путали, и все без толку.
Целый час Алексей Николаевич гнал лошадь по шоссе рысью, не разбирая дороги. И никого не встретил. Урядник наконец подал голос:
– Ваше высокоблагородие! Только коней загубим… Надо возвращаться. Через час светать начнет, тогда опять поищем. А сейчас чего?..
Они вернулись к заставе на заморенных конях. Урядник спешился и стал прямо на коленке писать рапорт. Лыков незаметно для других сунул ему в руку «красненькую»:
– Спасибо.
– Рад стараться…
Подъехал на фаэтоне заспанный полицмейстер.
– Вы как, Алексей Николаевич?
– Я в порядке. Труп опознали?
– Да, сразу же. Известная личность.
– Дашнак?
– Из них, верно, – кивнул Ковалев, громко зевая. – Среди ночи разбудили; такой сон хороший снился. О чем уж я?
– О дашнаке.
– Точно. Зовут его Унан Тер-Азарьев.
