Таргитай

 – Мы так жрать хотим, что аж переночевать негде. У тебя здесь постоялый двор аль как?

Почуяв выгоду, мужик в фартуке улыбнулся ещё шире, в глазах блеснули искорки.

– Комната вам найдётся, – сказал он. – Но это ещё одна монета.

Таргитай полез было за второй, но Степан жестом его остановил.

– С чего это? Того, что мы заплатили, хватит, чтоб пировать всю ночь.

С соседних столов заинтересованно наблюдают за разговором, не прекращая при этом своих. Громадный, поперёк себя шире мужик ткнул в сторону Степана пальцем, заржал. Вместе с ним хохотом разразились остальные, кто рядом.

– Пировать на одну монету, конечно, можно, – согласился хозяин и вытер жирные пальцы о фартук. – Только вот комнату за неё дам в сарае с мышами.

– Это ещё почему? – упёрся Степан.

– Потому что другого постоялого двора здесь нет, – доходчиво объяснил хозяин. – А ещё потому, что, если будете спорить, вас выкинут к хреновой бабушке. Ещё не было такого, чтоб чужестранцы учили меня, сколько брать за еду и ночлег.

Степан растянул губы в волчьем оскале, пхнул Таргитая. Тот кинул мужику вторую монету.

– Держи, – проговорил бородач великодушно. – И вели отнести в комнату горячей воды. Вымою ноги и постираю портки перед сном. А ты потом, чтоб сэкономить, можешь сварить на этой воде суп. Твои завсегдатаи сожрут и попросят добавки.

Всё это он проговорил, глядя хозяину корчмы прямо в глаза. Тот в ответ лишь усмехнулся и, сунув монеты в карман, ушёл назад к стойке.

Подбежал конопатый подросток, принялся сгребать со стола грязную посуду. Заставив поднос целиком, да ещё с горкой, он с трудом понёс всё это на кухню, балансируя, точно канатоходец, и стараясь не уронить.

Некоторые за столами с хохотом пытались ставить подножки, но парень героически донёс посуду до кухни.

Вернувшись, Гришкан быстро протёр столешницу тряпкой и вновь убежал, избегая подножек пьяных гостей. Правда, у самой двери в кухню поскользнулся и едва не сбил выходившую оттуда стройную девку с дымящейся лоханью.

Обругав неуклюжего подростка, она направилась к лестнице и с натугой принялась подниматься, стараясь не расплескать кипяток.

Таргитай проводил её восторженным взором. Потом посмотрел на сидящего с ними за столом мужика. Взгляд у бедолаги отсутствующий, глаза невидяще смотрят в серую каменную стену.

Перед ним опустевший кувшин, пальцы сжались вокруг глиняного стакана – там на самом донышке темнеет немного вина.

Мимо прошёл грузный мужик, поперёк себя шире, хлопнул его по плечу. Раздался звук, будто шмякнули по деревянной доске.

– Эй, Малгак! – гаркнул он. – Хватит киснуть! Иди к нам, я угощаю!

Тот, кого назвали Малгаком, не шевельнулся. Грузный мужик пожал плечами и двинулся к столу на дальнем конце корчмы. Там человек пять с полными кружками горланят песни.