Я смотрю на бабушку и предвкушаю ее радостные эмоции. Но на ее лице нет и намека на счастье. Она продолжает непроницаемо смотреть на меня через свои толстые очки. Затем подправляет их на переносице и глубоко вдыхает воздух.
— Вчера ночью, примерно часов в десять, когда ты ушла на работу к нам позвонили в дверь. Я подумала, что ты что-то забыла, но на пороге оказался мужчина. Такой высокий, статный, большой, темноволосый и с густой щетиной. Я поначалу испугалась, подумала, что это коллекторы пришли забирать нашу квартиру, — бабушка делает небольшую паузу, чтобы перевести дыхание, затем вновь продолжает: — Мужчина назвался твоим другом с работы.
— Где эта бумажка?
Я до последнего не верила словам бабушки, пока в моих руках не оказалась выписка из банка. Я лихорадочно вчитывалась в каждое слово и каждую букву этого документа.
— Адель… — бабушка зовет меня из гостиной, но я продолжаю стоять в прихожей и смотреть в телефоне на свой счет на карте.
400 000 рублей. Перевод осуществлен сегодня днем, сразу после того, как я покинула кабинет Тимура. Получается, он погасил наш долго еще вчера, до того, как мы переспали, а потом еще перечислил мне деньги. Что это все значит? Он был уверен, что я приду к нему, и поэтому заранее оплатил наш долг? Я ничего не понимаю.
— Адель… — бабушка вновь называет мое имя и я, шокированная недавними новостями, вновь вхожу в гостиную. — Милая, я понимаю, что тебе пришлось рано повзрослеть. Ты много работаешь, чтобы обеспечить нас. Но скажи мне правду, внучка, этот мужчина содержит тебя?
Глаза бабушки смотрят прямо на меня, заглядывают в душу. В ее взгляде читается сожаление вперемешку с разочарованием. Она еще никогда так на меня не смотрела.
— Что ты имеешь в виду, бабушка?
— В каком кафе ты работаешь, чтобы получать такие хорошие деньги? Ты работаешь только по ночам.
Мне словно дали сразу несколько пощечин. Щеки начинают гореть, кровь застывает в жилах, а дыхание и вовсе прекращается.









