Эва, дочь трактирщика

Утром Лэндвики – отец и дочь – направились в аптекарскую лавку. По пути они обсуждали, как впарить Рингеру-управляющему их пирожки, перченые и с ватрушками. И еще кое-что.

— Есть у меня идея одного блюда, — протянула Ева. — Вареное мясо, соленые огурчики, вареная морковь, горох. Все нарезать помельче и добавить соуса.

— Какого?

— Надо будет придумать… — проговорила девушка якобы задумчиво, хотя уже точно знала, из чего и как будет делать майонез. А будет майонез – будет все! Не устоят ренцы, обязательно оценят. И дальше они с отцом такую деятельность развернут!

— Не, — покачал головой Брокк, — слишком просто, как похлебка селянская: морковь, горох, огурцы… да еще соленые – это никуда не годится.

— Именно соленые, — настояла Ева, сама открыла тяжелую дверь в аптекарскую лавку и первой вошла внутрь.

— А я тебе говорю, что соленые огурцы в похлебку не годятся! — заявил Брокк, войдя вслед за дочерью.

— Папа, это будет не похлебка, а салат! Изысканный салат для рэндов!

— Ты уж меня прости, Эва, но никаких соленых огурцов в салате! Да еще и с морковью! А вот горох, это… — Брокк осекся, когда к ним вышел аптекарь.

В этот раз Хеллгус был одет попроще, побледнее, почти как обычный ренк, но выглядел все равно странно и поразил Лэндвика.

— Это ж атриец, — выдохнул мужчина простодушно.

— Да, я из Атрии, но давно живу в Сколле, — учтиво ответил аптекарь, разглядывая мужчину, хотя ему хотелось разглядывать совсем не его.

— Эва, — страшным шепотом выдавил Брокк и, дернув на себя дочь, бросил: — Что ж ты мне не сказала, что это лавка атрийца?!

— Пап, это невежливо, — так же шепотом ответила Ева, — ты взрослый смелый мужчина, так что поздоровайся с представителем другой культуры.

— С кем-кем?

— С господином аптекарем, — громче сказала девушка и подошла к прилавку с весами. — Здравствуйте, — улыбнулась она Хеллгусу, — я пришла за настойкой алоэ.

Аптекарь поплыл от этой улыбки, но ему нравилось это состояние, и потому он, нарушая все свои принципы и правила своей родины, продолжил говорить с этой женщиной.

— Я ждал вас вчера, — произнес он.

— А я сегодня пришла, — беззаботно ответила Ева.

— Как желает госпожа, — чуть поклонился аптекарь.

— Я желаю всего лишь алоэ.

Отец, — Ева повернулась к Брокку, который боялся и шаг ступить: его и место это с кучей странностей и чучел животных пугало, и сам атриец, по которому даже не понять, сколько ему точно лет. Но Лэндвик все же подошел к ним и выложил на прилавок пять серебряных ренков. Хеллгус склонился за пузырьком, и Ева, которой было жутко интересно все вокруг – в прошлый раз не успела особо осмотреться – сказала отцу:

— Пап, я пока осмотрюсь, хорошо? Может, нам что-то надо.

— Ничего нам не надо, — буркнул Брокк.