1
0За столом посередине пустого зала сокровищницы сидели император, ректор Дегон, Эзалон, принц Арендар со своей избранной Валерией…
Элора среди них не было.
Логично — ведь он, как самый ослабленный, должен был пострадать больше остальных, но… но… Почему-то я надеялась его увидеть. Несколько мгновений верила, что увижу его.
Глупая зависимость.
Санаду среди собравшихся не оказалось, но был Эзалон, и я почти всю магию влила в ментальную защиту, потому что не думать о словах дедушки об искусственной личности, не думать об Элоре, не думать о том, что я тоже менталист, я сейчас не могла.
Дарион приблизился к столу и поставил напротив него стул."
"Император на меня взирал со смесью презрения и настороженности, словно ожидал какой-нибудь гадости, Валерия рассматривала чуть не с беспокойством, принц Арендар — хмуро. И только Эзалону с Дегоном, кажется, не было до меня дела.
— Разрешите ему присесть, — голос Дариона был полон сдерживаемого гнева. — Он ещё не оправился.
— Хорошо, — император кивнул. Он держался величественно, но интонации его выдали: слишком много растерянности, боли, тоски за ширмой строгости.
Снова накатывала слабость, и на стул я опускалась, мысленно благодаря Дариона за эту поддержку. Он встал позади меня. В данном случае он был конвоиром, но я ощущала его скорее как телохранителя, готового вступиться за меня в любой момент. И это при том, что на нём по-прежнему был скрывающий эмоции амулет.
Сцепив руки на коленях, я уставилась на грудь императора, всем видом показывая покорность и смирение. Он спросил меня практически сразу и без прикрас:
— Рассказывал ли Эштран Сирин о службе при дворе, делился какими либо подробностями?
— Нет, — смиренно отозвалась я.
И это было почти правдой.
— Рассказывал ли он что-либо о своём общении с Заран? Что он говорил о ней?
Перед ложью я не колебалась ни мгновения:
— Нет, я ничего не знаю о его общении с Заранеей, он с нами не откровенничал.
Вступиться за него, защитить хотя бы на словах — это было так естественно и правильно, что для этого не пришлось даже задумываться. А ведь он… если Неспящие или кто-то там пришёл в наш родовой из-за него…
— Его что-то беспокоило перед нападением на семью? — спросил император.
Да, он вёл себя странно: он не боялся, что Неспящие придут за мной. Он был уверен, что этого никогда не случится.
Не потому ли, что находился в сговоре с… Заранеей?
Это она отдала приказ убить Сиринов?
Император смотрел на меня, и я взяла себя в лапы. Я должна была взять себя в лапы и отвечать так, чтобы меня не приплели к этому делу, не обвинили в соучастии и сокрытии информации о манипуляциях дедушки.
