13
0
Видимо исключительно чтобы добить Санаду, иллюзия показывает и меня с ним в постели.
К счастью, я могу абстрагироваться от самых смущающих обстоятельств, а Мара… в этот раз Мара соглашается, что нам надо не на это всё глазеть, а зажмуриться и отстраниться от происходящего, чтобы иллюзия скорее исчезла.
И хотя Мара не рычит, не бросает на меня грозные взгляды и обходится без комментариев, теперь мне за свою жизнь как-то тревожнее. Такое чувство, что лишь теперь, посмотрев на меня и Санаду в интимный момент (возможно, в сравнении с двумя другими), Мара понимает, что я не просто временная замена ей, не развлечение, а выбор Санаду.
Глава 49
Идём дальше. Потому что выбора нет. Мы и поляны пробуем обыскивать, и испытания проходим: Санаду какого-то гопника земного грызёт, на Мару снова Танарэс прыгает, мне могилу родителей показывают с нынешним годом в датах смерти. Ещё какое-то собрание Неспящих наблюдаем, на котором Маре агрессивно выговаривают за то, что она Санаду не может на их сторону перетянуть и потому бесполезна ордену. Потом иллюзорный Санаду к незнакомой рыжей от нас уходит. Властители кантонов передают ему обязанность заниматься всеми их документами. Мару отправляют эмиссаром в непризнанный мир. Эдмунд – сенешаль Санаду – решительно увольняется. Могила Санаду преграждает нам путь."
"В общем, «развлечений» хватает, минуем их с разной скоростью, но в каждой иллюзии ощупью пытаемся отыскать выход.
Выход не нащупывается. Никак. И мы идём дальше.
Идём.
Время тоже идёт. А с ним утекает магия из кристаллов. Капля за каплей – ощущаю это вместе с Санаду. Такое противное сосущее чувство внутри. Мир выцветает, а мышцы наливаются тяжестью, кости становятся хрупкими, сердце бьётся медленнее.
Оглядываясь, вижу, как стекленеют его глаза и застывает лицо, уже не просто бледное, а сероватое.
Дрожат его пальцы.
И каждый шаг даётся со всё большим трудом.
– Мы сдохнем здесь, – почти шепчет Мара, и пространство тропы усиливает и множит её слова, они доносятся отовсюду, повторяются.
– Оптимистичнее, пожалуйста, – вяло просит Санаду.
Его ободряющие слова тонут в мёртвой тишине.
Я шагаю впереди, тяну его за собой, он тянет Мару.
Шаг за шагом.
Возможно, это бессмысленно, но сдаваться не собираюсь, буду тащить их до победы или безвозвратного поражения.
Голод вампиров не похож на обычный физический голод человека – это чувство глубже. Оно не просто обостряет запахи и звуки, не просто будит жажду, оно вызывает зуд в ногтях, заостряет зубы. Выворачивает. Испепеляет. Замораживает. Ты словно отстраняешься от тела, а оно действует само по себе – движется дальше, ищет источник питания.
Первой сдаётся Мара.
