13
0
– Раз Санаду молчит, – замечаю я, ощущая его лёгкую тревогу, – рассказывать он определённо не хочет.
– А стоило бы, – глухо отзывается Мара. – Или сама рассказывай.
– Что? – я прислушиваюсь к чувствам Санаду: он беспокоится.
Хм…
– Что происходит? – спрашивает Мара. – По всем расчётам мы уже должны полностью обессилеть и начать перерождение, но мы продолжаем идти. Ты, Клеопатра, самая бодрая, и твою бодрость нельзя оправдать недавним вампиризмом. Юный вампир всё равно остаётся вампиром со всеми сопутствующими проблемами подпитки. Санаду явно ощущает себя лучше, чем я. При этом никаких магических артефактов при нас не осталось, черпать магию неоткуда.
– Возможно, нас как-то поддерживает лабиринт? – предполагает Санаду.
– Это место нам абсолютно чуждо, – раздражённо напоминает Мара. – Мы физически и магически не можем воспринимать местную магию. Все. Но на тебя, Клеопатра, это как будто не распространяется. Санаду, ты не думаешь, что она или не та, за кого себя выдаёт, или в сговоре с местными тварями?"
"Даже спорить не хочу: какой смысл говорить «я не в сговоре», если она уже всё для себя решила? Никакого.
Санаду тоже молчит.
– Надеюсь, ты об этом задумался, – ворчит Мара.
А я… только сейчас понимаю, что если она высказывает свои подозрения вслух, значит, Санаду крепко закрыл от неё свои мысли. Держит их под замком даже сейчас, когда сил так мало.
– Если подумать, – продолжает рассуждать Мара, – то именно твоя Клеопатра притащила похитившее нас существо. И вообще она из другого мира, так что мы не знаем, откуда она на самом деле. Может, это начало экспансии другой вселенной?
– Ага, – хмыкаю я. – И ты всё это высказываешь нам, ничуть не опасаясь, что тебя убьют за верные догадки?
– Я готова сотрудничать. Шпионить. Помогать любым возможным способом.
Только фыркаю.
– Зря ты так скептически к этому относишься, – укоряет Мара. – У меня опыт есть. А вот Санаду не согласится, он у нас слишком принципиальный, Эёран не предаст.
– И не надо, – от удивления качаю головой.
Подумав, Мара делает ещё одну попытку завербоваться:
– Если ты Санаду ревнуешь, то я готова даже близко к нему не подходить.
– Эх, а говорила, что любишь меня больше жизни! – показательно вздыхает он.
– На словах утверждать такое легко, – соглашаюсь я.
– Клеопатра, я серьёзно хочу сотрудничать.
– Ничем не могу помочь, – пожимаю плечами, хотя Мара этого видеть не может.
Санаду опять поглаживает большим пальцем моё запястье. Его эмоции и ощущения такие вялые, блеклые, что даже страшно.
А вот я действительно в сравнении с ним слишком уж бодрячком.
Видимо, это как-то связано с тем, что я могла телепортироваться, и о чём Санаду предпочёл умолчать. Но теперь…
– Знаете, мне кажется, мы не выберемся, – вздыхаю я, и всё внутри сжимается.
