5
0Назад они должны привезти продукты и порох — после этого уже двинуться дальше все вместе.
Вот и решил Олег, пользуясь моментом, устроить испытание пустынной экипировки.
Отряд, двигающийся к границе Гриндира, выглядел для здешних мест несколько экстравагантно. Люди, издалека были очень похожи на солдат в зимних маскхалатах — на фоне летней зелени выходило оригинально. Практически голые ваксы, шагавшие с ними вперемешку, вносили некоторый диссонанс, как и их секиры на фоне мушкетов. Олег понял, что переодеваться в пустынную одежду надо было наверху, преодолев склон гряды, поросший лесом и кустарниками. Ветки так и норовили влезть в складки одежды, задирали, цеплялись. Бедуинам в своих пустынях хорошо — там такого безобразия не бывает.
Наверху крупная растительность исчезла — как отрезало. Лишь жалкие пучки чахлой травы жались среди камней. Противоположный склон спускался полого, ровным скатом. Метрах в ста исчезали последние признаки нормальной жизни и начинался сам Гриндир.
Голая красноватая пустыня, практически ровная, лишь вдали, будто курганы, вздымаются низенькие конусовидные холмы. Корявые кусты, кое-где выбивающиеся из глинистой почвы, лишены листьев и столь же красны, как и вся пустыня. Зато чахлая трава, пробивающаяся вокруг них, ядовито-желтая.
Все как в прошлый раз — ничего с тех пор не изменилось. Олег, правда, забредал в пустыню не здесь — чуть восточнее, но разницы сейчас не заметил. Разве что в этом месте не было останков неудачников, нашедших смерть на границе этой колоссальной топки.
Вздохнув, Олег достал из рюкзачка пластиковую бутылку с водой, чуть приоткрыл, поднял, направил тонкую струйку себе на макушку:
— Давайте ребята, — устроим себе небольшой дождик. Мур говорит, что без таких водных процедур нам в этой топке будет тяжеловато."
"Бойцы дружно полезли в рюкзаки, с шутками и подначками начали обливаться. Белоснежные бурнусы, прежде развивающиеся свободно, после такого варварства превратились в жалкие обвисшие тряпки, прилипшие к коже. Ваксы тоже раскрыли свои бочонки, аккуратно, сберегая воду, облили друг друга. Одежды на них практически не было — лишь набедренные повязки, но зато на коже хватает растительности — вот ее-то и надо пропитывать влагой.
Первый шаг на почву Гриндира был шоком. Только что твое лицо ласкал нежный летний ветерок, по мокрой коже бегали холодные мурашки и вдруг… Один шаг и ты в доменной печи. Конечно, это преувеличение — здесь не столь жарко, но первое впечатление именно такое.
Слишком резкий контраст — будто одним шагом из Антарктиды в полуденную Сахару попал.
Бойцы, преодолевая невидимую границу, испытывали сильные эмоции — мало кто сдерживался от изумленного крика или грязного ругательства.
