5
0Мало кто в эту пору бродит по сырому лесу — здесь попросту нечего сейчас делать. Трава и кустарник скудные, из-за этого вся дичь убралась повыше, в более благодатные места. Немногочисленные группы рыбаков располагаются на берегу разлившейся Фреоны, а до неё отсюда далековато. Жить здесь никто не желал — летом эти края становились рассадником полчищ комаров, а немногочисленные кусты с радостью облюбовывали крупные клещи, оторвать их можно было только с куском мяса. В придачу они разносили неприятную болячку, способную на несколько недель уложить в постель крепкого мужчину; иной раз дело доходило до смертельных случаев: люди умирали от отёка лёгких.
Пойма по теплу была благодатным местом: фазанов здесь водилось видимо-невидимо, а многочисленные неглубокие озёра кишели рыбой. Но негативные факторы сводили всё преимущество на нет — никто не хотел селиться вблизи реки. Правый берег был повыше, без такого безобразия, но там частенько бродили ваксы. Вот и получилось, что почти все поселения располагались не ближе двух километров от восточного берега. Несколько исключений, в виде островных деревень, только подтверждали правило. Кроме того, для жительства выбирали только высокие острова, а не плоские песчаные блины, что поросли всё тем же сырым лесом с сопутствующими комарами и клещами.
Подобные размышления и заставили Рога двигаться в этой нейтральной полосе, сузившейся из-за разлива. Риск нежелательной встречи здесь минимален, но и найти место для ночёвки нелегко — даже в летнюю сушь здесь сыровато и никогда не поймёшь, чего здесь больше — сухой земли, озёр или болот.
Пронырливый Гарик первый заметил резко вздымающийся откос:
— Эй, Рог! Вон, высокое местечко! Почти холм!
— Вот придурок! Откуда здесь холмы?
— Не холм это, а берег старый.
— Чего?
— Фреона когда-то здесь текла, берег подмывала. Потом русло отступило.
— Грамотей ты наш… Ну, пошли, посмотрим, что там за береговой холм, — Рог толкнул Гарика в плечо. — Ты заметил, значит, пойдёшь первым.
Возражать вожаку чревато — Рог устал не на шутку и выглядел ещё злее, чем обычно. Гарик послушно свернул в снежную целину, покинув присыпанную звериную тропу. Выбрав самый пологий участок, он попёрся вверх, то и дело падая на руки — здесь всё поросло низеньким жёстким кустарником, коварно цепляющимся за ноги. Добравшись до верха, Гарик радостно охнул:
— Братва! Живём! Прямо поляна чудес!
— Неужели там пожрать чего нашёл? Или даже выпить? — поинтересовался подходящий Рог.
— Нет. Но зато местечко хоть куда. Заночуем как в люксе!
Поднявшись, Рог, соглашаясь, кивнул: местечко и впрямь ничего. До этого он ни разу не видел в пойменном лесу хвойных деревьев — это первое исключение.
