7
0
Он бросил на старуху цепкий взгляд, помолчал, и сказал:
– Ничего страшного, ты не бойся, бабушка, с Надийкой всё будет хорошо. Постепенно всё узнаешь.
– Да что же узнаю-то?"
"– Всему своё время, – повторил Влас, и, помедлив, тоже задал вопрос, – Бабушка, скажи, а чей это портрет на стене висел?
– Это портрет, – начала Захариха, и осеклась…
Влас усмехнулся:
– Ладно, потом как-нибудь расскажешь. Я пойду. Если помощь нужна будет, ты не стесняйся, приходи, я всегда помогу.
Он погладил старуху по плечу и сказал:
– Спасибо тебе за Надийку, бабушка.
Затем круто развернулся и быстрым шагом зашагал прочь по тропке, что петляла меж высокой мокрой травы. Дождь наконец-то закончился, и небо стало проясняться, день уже клонился к вечеру, на западе сквозь серые тучи заалела полоска заката. Захариха долго ещё стояла на крыльце, глядя Власу вослед, и думала о том, что в их с Надийкой жизни наступают какие-то серьёзные перемены. Деревню накрыл вечер, надо было ложиться спать. Старуха заперла дверь, проверила Надийку, которая сладко спала и, помолившись, кряхтя улеглась в постель, поворочалась немного, подумав, что нынче точно не уснёт, и тут же провалилась в глубокий и крепкий сон.
ГЛАВА 9
Утром Захариха, проснулась рано, она сразу же поднялась на ноги и, заглянув за занавеску, подошла к постели Надийки. Девочка спала, улыбаясь во сне, солнечный лучик трепетал на её подушке, качался на плечике, гладил мягкие волосы. День сегодня выдался погожим. Захариха склонилась к внучке, прикоснулась губами к её лбу, удостоверилась, что жара у девочки нет и она дышит ровно и спокойно, и отправилась на кухоньку, чтобы приготовить к завтраку любимые Надийкины оладушки с вареньем.
Но не успела она завести тесто, как в дверь осторожно постучали. Захариха вытерла о передник руки, стряхнула муку и пошла отворять. На пороге стоял Николай, отец Ванюшки.
– Здравствуй, Николай, – поприветствовала соседа Захариха, – Ну как вы? Как у вас вчера всё прошло?
– Да ничего, бабушка, прошло… Я вот тут вам кое-чего принёс, Ванюшку помянуть. Спасибо вам с Надийкой за всё.
И Николай протянул Захарихе узелок со снедью.
– А вот это, – Николай протянул второй узелочек, – Надийке передай отдельно. И спасибо от нас с Глафирой скажи. Я теперь её защитником буду. Ежели что понадобится, ты обращайся, бабушка.
– Спасибо тебе, сынок, – кивнула старуха и перекрестила мужчину, – Ты хоть пройди, чаю попей.
– Нет, некогда, бабушка, мы на кладбище сейчас идём.
– Ну, хорошо, ступай, ступай, Николай.
Не успела за Николаем хлопнуть дверь, как тут же послышался топот босых ног по полу.
