3
0
– Похвально: Расскажите поподробнее о себе, – попросил Ленц, – только в другом ключе: без «убойных» статей, козерогов и прочей бредятины.
Начальника Разведывательного управления не интересовала полная автобиография Марковцева. Генерал умел слушать и думать одновременно. Сейчас Ленц анализировал полученную информацию. Он понимал, что времени у него мало, его не хватает даже на то, чтобы подкорректировать план, разработанный в профильном отделе военной контрразведки. Скорее всего, единственный вариант – подыграть Марковцеву.
Отменять операцию смысла нет. Не стоит и доукомплектовать отряд Марковцева, поскольку диверсанты справятся и такими силами.
– Погодите, – нахмурился Ленц, когда гость расширил тему, – о Зубахине я вас не спрашивал.
– Это больной вопрос, я не могу не говорить о нем. Если честно, я думал, что генерал – ваш человек и действует не от своего имени. Что войну намеренно затягивают сами военные, Генштаб.
Сразу стало заметно, что хозяина кабинета эти слова задели.
– Хотите откровенного разговора? – хмуро спросил Ленц.
Марк пожал плечами и не ответил. Руководитель ГРУ давно не видел такого неприемлемого для себя жеста. Но вместо того, чтобы по обыкновению взорваться, Спрут даже не удивился.
– Не пожалеете, что услышите слишком много? – поинтересовался Ленц.
– О-о, – протянул Сергей, слегка улыбаясь, – я столько знаю, что мне одной пули мало.
– Вы интересный собеседник, главное – смелый.
В груди Марка все трепетало. Он не верил своим глазам: шеф лучшей разведки в мире (хотя некоторые специалисты отдают пальму первенства израильскому «Моссаду») лично сервирует стол – ставит рюмки, открывает коньяк, режет лимон и предлагает выпить с ним. Такой чести удостаивались единицы. И все это говорило о том, как болезненно воспринимает Спрут свалившуюся на него проблему.
Правда, они не чокнулись, просто поприветствовали друг друга поднятыми рюмками.
– Значит, ты уверен, что войну затягивают сами военные? – продолжил начатую тему генерал, пососав корочку лимона и бросив ее на посеребренный поднос. – Если бы мне не приказывали рулевые, я бы давно закончил эту войну! Мне мешают менты, ФСБ, прочие службы. Сто десять силовых подразделений, и каждая со своей агентурной сетью. Этого чеченца не трогай, он агент МВД. Этого не тронь – он агент ФСБ. К этому не прикасайся, он помогает УБОПу выявлять наркодельцов.
