Невольник мести (= Инстинкт бойца)

Спустя год был осужден на двенадцать лет строгого режима. Бежал. В данное время являюсь секретным агентом военной контрразведки ФСБ. Холост. Козерог.

– Если вы закончили валять дурака, приступайте к делу.

– Дело заключается в следующем, – сменив тон, продолжил Марковцев. – Пару часов назад к вам попала часть секретных сведений о диверсионной школе Рустэма Давлатова. Полагаю, что об этой базе вы хорошо осведомлены, однако вряд ли догадывались, что двадцатого декабря на ней состоится своеобразный съезд боевиков. ФСБ разработала план по уничтожению базы, привлекая к работе уже известный вам со слов Андрея Столярова расчет старшего лейтенанта Заплетина, который последние десять месяцев работал на Индуса-Давлатова в качестве проводников.

Но военная контрразведка не является по сути военной организацией, потому что ею руководят или курируют политики в чистом виде. Я обратился к вам потому, что в первую очередь ГРУ – военная организация. Как и ФСБ, вам нужны успехи и не нужны провалы. В этом деле вы не ведете закулисной борьбы, и даже если бы захотели, то не уложитесь в сроки. Кроме того, вы не втянуты в интриги и можете воспользоваться благоприятной ситуацией. "

"– Продолжайте. Вы очень складно рассуждаете, – Спрут снизошел до комплимента, продолжая внимательно изучать собеседника.

– Вы можете воспользоваться благоприятной ситуацией, а я – подкинуть неплохую идею, – предложил Сергей. – На досуге я думал о лаврах, которые не дают покоя ФСБ. Там хотят примерить на себя венок, но боятся, что тот окажется из еловых веток. Пойдем от обратного, на что рассчитывала ФСБ, – это продавшиеся чеченскому полевому командиру разведчики ГРУ.

А что, если они получили приказ вышестоящего начальства войти в доверие к Давлатову?

– Хм... – Ленц на некоторое время задумался. – Мысль неплохая, – похвалил он. – Дальше.

– А дальше вы забираете все лавры. Вашим разведчикам было предложено провести Давлатова через азербайджанскую границу, а там, в диверсионном центре, сборище бандитских главарей, так называемый Аль-Канун. Диверсантов могли разоблачить на месте, и они уничтожили базу, поскольку деваться им было некуда. Ведь ГРУ не страдает политкорректностью, правда?

На черством лице Спрута промелькнула едва приметная улыбка.

– Вы сказали Столярову, что встаете во главе диверсионной группы. Это на самом деле так? – поинтересовался Ленц.

– На самом деле, – подтвердил Марковцев.

– Вам предложили большие деньги?

– Знаете, товарищ генерал...

– Называйте меня по имени-отчеству.

– Хорошо, Игорь Александрович. Так вот, когда-то я работал за большие деньги. Сейчас я беднее церковной мыши. А деньги – ерунда, для меня главное – не опускаться до общепринятого.