Недостойная

А когда я показал ключ, пожал плечами и заявил, что их давно пора ликвидировать. А заодно к демонам уволить всех госпитальных техников, из-за которых врачи, которым и так есть чем заняться, вынуждены таскать с собой связки с ключами.

— Узнаю Макса, — кивнул Валлиус, чуть развеселившись. — Но он прав. У нас постоянно клинит магические замки, поэтому на всякий случай мы используем и обычные ключи. Мортимера это бесит. И я не исключаю, что Байрон действительно ему доложил о потерянном ключе, просто Макс забыл заказать копию."

"— Даже если так. Факт в том, что ключ оказался в сумке Эн Рин, — продолжал Дайд.

 — И факт в том, что она пошла не по той дороге, по которой надо было идти. А еще факт в том, что они над чем-то вместе работали.

— Они только начали, — возразил Йон. — И убивать Эн Байрону не было никаких причин. Это…

— Это слишком просто, — заключил Дайд. — Но именно в такой версии пытаются убедить следствие. И если бы вы руководили Байроном, я бы поверил. Но парень отрицает ваше участие.

— Удивительно, — съязвил Валлиус. — Не иначе, выгораживает по причине глубокого уважения.

— Возможно, — кивнул Гектор на полном серьёзе, заставив главврача закатить глаза.

 — Но всё-таки я придерживаюсь другой версии. Кто-то решил задурить нам голову, но… что-то пошло не так. И сейчас я пытаюсь понять… — Дайд запнулся и замолчал, и Берт, сгорая от любопытства, решил ему подсказать:

— Пытаетесь понять, кому это могло понадобиться?

— Нет. Кому это нужно, мы поймём сами, как только узнаем, что именно им было нужно. Убить Эн? Лишить её памяти?

— Это практически одно и то же… — пробормотал Берт и очень удивился, когда Дайд с истинно змеиной ласковостью почти прошипел:

— Не-ет, арх-химагистр.

Между тем и другим сущ-ществует огромная разница. Огромная. Практич-чески бесконечная…

* * *Больше всего Эн понравилось сидеть на подоконнике в библиотеке. Подоконник был большой, широкий и тёплый — внизу проходила батарея, нагревая поверхность, а вот от окна, наоборот, чуть веяло холодом, охлаждая кожу.

На улице шёл снег, и какое-то время Эн сидела не шевелясь, глядя на пушистые снежинки. Лер устроился возле её ног — сначала играл с помпонами на тапочках, а после уснул. Во время сна он, к удивлению Эн, стал почти прозрачным, и на фоне подоконника виднелись только контуры котёнка с пимпочкой розового носа по центру.

Азбука лежала на коленях, но открывать её пока не хотелось.

Эн вспоминала. То, что могла вспомнить, конечно. Периодически, когда она думала о том, что в голове почти ничего не осталось, её захлёстывало паникой и страхом. Особенно если рядом находились незнакомые люди, или знакомые смотрели на неё с сожалением и жалостью. Это было больно и неприятно.

Оплотов уверенности оказалось мало.